Книга Чужая невеста для босса, страница 33 – Арина Арская

Не успею, а у Марка нож в руках и он им очень умело обращается. Вон как тонко порезал огурец и помидор. Да и я бы хотела избежать лишней возни, паники и не теряю надежды на то, что мой пленитель придет в себя после перекуса.

Перевожу взгляд на телефон Вовы, что лежит у грязной миски из-под фруктового салата. Подхожу к столу, медленно тянусь к нему пальцами, которые могут в порыве ярости отрубить ножом, и замираю, когда Марк поднимает на меня взгляд.

— Тебе с острым соусом или без?

— С острым, — сглатываю с кривой улыбкой.

Когда он откладывает нож и делает шаг к холодильнику, я хватаю телефон и срываюсь с места в спальню. Запрусь в ванной и позвоню маме. Пусть она и недовольна тем, что я отвратительно поступила с Вовой, но мне грозит опасность и она все поймет.

Однако, поскользнувшись на рубашке, которую я сама скинула с плеч на пол, я заваливаюсь назад. С криком роняю телефон, слышу треск стекла и отпускаю ситуацию, вверившись злодейке-судьбе. Разобью голову, то так тому и быть, однако я оказываюсь не на белом кафеле с травмой головы, а в руках Марка, который проявил в очередной раз чудеса прыткости и ловкости.

— И что это было? — он держит меня за подмышки и заглядывает в глаза.

Я опускаюсь на пятую точку, а затем ложусь на спину, прикрыв лицо руками. Жутко неловко, потому что сил никаких нет смотреть на достоинство Марка снизу.

— Ты бы не мог трусы надеть, — бубню я в ладони. — Ты меня нервируешь.

Он усмехается в ответ, а через минуту стоит за столом в черном фартуке на голое тело и режет хлеб на деревянной доске.

— Так лучше?

Сажусь, смотрю на телефон в паутине трещин и пытаюсь его включить. Умер смертью храбрых, и его вряд ли реанимируют даже в мастерской.

— Тебе поострее или нет? — Марк застыл над сэндвичем с небольшой стеклянной бутылочкой.

— Поострее, — я встаю и в злости швыряю телефон на стол.

— Уверена?

— Да, — плюхаюсь на стул и подпираю лоб кулаками. — Проклятье.

— Ты знаешь, что те, кто любят острое, — ласково воркует Марк, придвигая ко мне тарелку с сэндвичем, — предпочитают жесткий секс.

Я поднимаю взгляд на него и недобро смотрю исподлобья. С ехидной улыбкой убирает со стола нож и бросает его в раковину.

— Это просто сэндвич, Марк, — в ярости прошипев каждое слово, вгрызаюсь в белый хлеб и, не чувствуя вкуса, жую его.

Глотаю, причмокиваю и замираю. От вкуса шоколадной смазки избавилась, но теперь во рту разгорается настоящий пожар, что плавит язык, небо и щеки и подбирается к глотке.

— Остро… — едва слышно говорю я и откладываю сэндвич на тарелку, чувствуя как жар охватывает лицо и шею.

— Ты так и просила, — непонятливо отзывается Марк.

— Очень остро…

Мне кажется, что я могу выпустить столб огня, который испепелит меня изнутри. Дышать тяжело, и такое ощущение, что платье плавится на коже. Кидаюсь к холодильнику:

— Молоко! У тебя есть молоко?!

Расстегиваю боковой замок платья и оголяю плечи и грудь, потому что мне в нем тесно и каждый вздох дается с трудом.

— Мороженое есть, — Марк с любопытством наблюдает за мной, кусая сэндвич. — В морозилке внизу. Верхний ящик.

С одышкой и слезами распахиваю морозильник, трясущимися руками выдвигаю ящик и хватаю два пломбира на деревянных палочках. Зубами срываю бумажную обертку с каждого и с жалобным мычанием заглатываю левый почти целиком.