Книга Между ними. Тайфун, страница 18 – Мария Зайцева

Но все эти заслуги прошлых лет с грохотом летят в чертям, когда между нами — девочка.

И девочка эта прижималась только что ко мне всеми своими офигенно аппетитными формами и прямо дрожала в руках! Она его боялась, вот что! Боялась! Не просто так тряслась.

А я… Я одновременно со злобой дикой, с ума сводящей, на придурка Мирку, еще и огромный привет снизу получил! Потому что от девчонки пахло крышесносно. Безумно. Сладко и возбуждающе.

И, если бы не Мирка и его тупой цыганский пикап, я бы ее уже… Блядь, я бы уже ее к ней домой утащил. И там бы мы зависли на весь срок, пока бушующий над Островом тайфун не улетел бы дальше на материк.

А потом я бы увез ее к себе в квартиру.

И сделал ей ребенка. Рыжего такого крепыша с золотистыми глазами.

Меня почему-то эти мысли вообще не напугали, когда держал ее, закрывая предплечьем от наглого взгляда Мирки.

Мне это естественным показалось.

Свое защищаю.

Моё.

А он, уродец, вообще не в тему тут, хоть и красавчик, конечно.

Но Мирка не был бы Миркой, если бы не попытался забрать себе все, что считает своим. Или украсть то, что не его. Не зря его предки тащили все, что плохо лежит, всегда. Кровь такая, да.

Вот сейчас я ее и выпущу… Кровопускание полезно для просветления рассудка.

Я как раз успеваю раздышаться и, машинально прикрываясь от жестких, но для моей шкуры не особенно серьезных кулаков Мирки, прикинуть, как его, скота, вырубить, чтобы без последствий, когда он как-то умудряется меня обмануть и долбануть по носу!

В глазах взрываются фейерверки! И проявляется отчетливое понимание, что теперь-то я его точно убью. Похуй на все.

Грань перешел!

Рычу, наугад выбрасывая кулак, и по жуткому грохоту угадываю, что попал удачно.

Иду на звук приглушенного мата, и в этот момент на меня налетает маленький рыжий смерч.

Я сначала, ослепленный яростью и кровью, не сразу понимаю, что происходит, и хочу отмахнуться. Но Мила виснет на моей руке, не пуская дальше, и что-то пищит взволнованным тонким голосом.

И я торможу, с трудом, но все же понимая, кто рядом.

Смотрю на нее, заплаканную, испуганную, глаза эти золотистые на пол лица…

Залипаю, не слыша слов.

Моргаю, нехотя приходя в себя.

Сквозь гул крови в ушах доносится возмущенно-требовательное:

— Прекрати! Немедленно! С ума сошел! Ты его убьешь!

— Это, блядь, я его убью сейчас… — доносится вполне внятное рычание из угла, куда улетел Мирка.

Это рычание меня радует даже. Живой, значит, сучара.

Живучий, надо же!

И даже слова внятно произносит, значит, зубы целые! Пока.

— Боже, да хватит вам! — повышает голос Мила, предусмотрительно вставая так, чтоб я не смог обогнуть ее и добраться до этого говорливого черного таракана, — из-за чего это все? Вы больные, что ли? Там, на улице, ужас творится, мы тут заперты! А вы еще и деретесь! С ума сошли!

Я торможу, потому что ее слова как-то возвращают в реальность из бездны ярости, перемешанной с ревностью и приправленной похотью.

Реально, мы тут в сложной ситуации, когда надо про выживание думать.

А мы о чем?

Девочку делим!

Два ебаната!

В углу Мир тоскливо матерится, но тоже градус снижается, судя по тону.

В себя приходит горячий придурок?

Мозги из члена в голову вернулись? Ура, блядь.

— Я в порядке, Мила, — говорю я спокойно, — прости нас. Мы что-то…