Книга Развод. У тебя есть дочь, страница 37 – Арина Арская

— У меня три шампуня на выбор. Все перенюхаем?

Аня кротко кивает, смывает пену с плеч, разглядывая перламутровые разводы в воде.

— Так, — тянусь к бутылкам с шампунем на портике ванны. — Что у нас тут есть?

— Тетя Агая, — сипит Аня в темноте. Замолкает на секунду и спрашивает еще тише. — Она правда мой папа?

— Да, — смотрю перед собой. — Он твой папа.

Затихает, и я молчу.

— Ты за это на него обиделась?

— В том числе, Аня, — честно отвечаю я.

— А на меня почему не злишься?

— Потому что, Аня, ты тут ни в чем не виновата, — нахожу ее руку и мягко сжимаю. — Послушай… Тебе сейчас ничего непонятно и очень страшно…

— Да.

— Но правда в том, что это не навсегда, — ласково говорю. — Ты хорошая и смелая девочка…

И слезы катятся по щекам. Почему именно сейчас?

— Значит, тот папа был прав, что я ему чужая, — шепчет Аня. — А мама… мама поэтому на меня злилась?

— Аня, я не знаю, что тебе ответить, — сдавленно отзываюсь, и слезы уже катятся по шее. — Честное слово, не знаю. Я бы так хотела, чтобы все было иначе, но… как есть. Это так несправедливо, что тебе приходится задаваться сейчас сложными вопросами, на которые не ответит даже взрослый.

— Мама, наверное, не любит меня.

Из груди поднимается волна черного отчаяния перед детским разбитым сердечком, и я закусываю губы до боли. Слезы ручьем льются.

Я ложусь с Аней рядом и обнимаю ее.

— Она никогда так не лежала со мной, — Аня вздыхает.

И я пою Ане колыбельную, под которую засыпала Анфиска и Антошка. Про белого зайчика и луну.

Она засыпает под мой голос, и замолкаю. Вслушиваюсь в ее дыхание, и осторожно сажусь, а после поднимаюсь на ноги. Вытираю слезы, стою несколько секунд в тишине и выхожу из комнаты, бесшумно прикрыв дверь за собой.

Приваливаюсь к стене.

Я должна себе признаться, что я хочу оставить Аню себе.

Я хочу защитить ее.

Укрыть под крылом.

И дать то, в чем ей отказала ей родная мать. Любовь. Безусловную любовь за то, что просто есть без всяких причин и условностей.

Без этой любви человек не сможет быть нормальным.

Если у меня с отцом проблемы, то у Руслана с матерью.

Моя свекровь — сложный человек, чью любовь надо было заслужить, и выбором Руслана она не была довольна, когда он привел меня с ней познакомить.

Знакомство с ней было напряженным и полное неудобных вопросов к моей персоне. После этого она позвонила Руслану и, видимо, заявила, что не одобряет меня в качестве невестки, и он ей жестко сказал, чтобы она успокоилась.

Ну, она, можно сказать, успокоилась. На свадьбу не пришла, к внукам не рвалась и не рвется. Подозреваю, что до сих пор ждет, когда сын одумается и женится на нормальной женщине, а не на бледной оглобле.

Он никогда особо не вдавался в подробности своего детства. С матерью поддерживает связь, но теплоты между ними нет. Перспективный мальчик с большими амбициями разочаровал ее.

А его отец умер рано. Как-то Руслан неосторожно пошутил: папа решил, что лучше лечь в гроб, пока совсем уж не стал неудачником рядом с королевой.

Может, в этом проблема?

Может, в Руслане проснулись те демоны, которые зародились в его детской и подростковой душе?

И сейчас я думаю, что тогда в юности он спасал не только меня от деспотичного отца, но и себя от требовательной и холодной матери.