Книга Босс перевоспитанию (не) подлежит, страница 142 – Арина Арская

— И я тебе уступлю букет невесты.

Она хитренько подмигивает обалдевшему Павлику, а затем смотрит на меня:

— А я, дура такая, увольняться хотела. Скучно было.

Глава 70. Коварная Нина

— Так, я не поняла, — мама хмурит свои седые брови и подливает мне в глубокую тарелку густого горохового супа. — Ты выходишь замуж или нет?

Пар поднимается над тарелкой, пахнет копченостями, разваренным картофелем и укрпочиком. Мамина морщинистая и крепкая рука с замирает с половником над тарелкой. Она ждёт моего ответа.

Папа рядом, тщательно жует хлеб и прищуривается на меня. Отправляет в рот ложку с супом, громко прихлебывает и бурчит:

— Лена говорит, что ты выходишь замуж. Юлька говорит, что ты выходишь замуж, а ты нам ничего не говоришь. Пришла и молчишь.

На подоконнике стоят герань в горшках, фиалки, алоэ с мясистыми листьями. На газовой плите отдыхает кастрюля с компотом, разливая по кухне запах яблок и корицы.

Моей маме — семьдесят два, отцу — семьдесят четыре. Крепкие и очень дотошные старики. Люблю их, и сегодня я решила забежать к ним на обед.

Захотела сегодня побыть не мамой и бабушкой, а дочкой. У меня стресс после носков и я хочу расслабиться

Когда они узнали, что я развожусь с Вадимкой, мама очень расстроилась, даже поплакала, а папа сказал, что Вадим ему никогда не нравился и что пусть катится к чёрту.

Теперь они узнали от Лены и от Юли, что я выхожу замуж, и опять волнуются.

— Ниночка, — мама возвращает кастрюлю с гороховым супом на конфорку и садится за стол. — Ты же вот только развелась и уже сразу замуж, что ли?

Папа медленно разворачивается к ней, прищуривается и говорит:

— Раз берут, то пусть идёт.

Я отламываю кусочек от хлеба. Корочка хрустит под пальцами, мякиш теплый и мягкий. Поднимаю на родителей взгляд. Слабо улыбаюсь.

— Там всё очень сложно, если честно.

— Если честно, — перебивает меня отец, — ты уже скажи нам, будет свадьба или нет?

— И когда она будет, — добавляет мама. — Нам же тоже надо бы подготовиться. — Вздыхает. — Хотя бы морально.

— В нашем возрасте, знаешь, Нина, — папа кивает, — выдавать дочь замуж очень волнительно. И если ты не хочешь, чтобы мы с мамой поймали сердечный приступ на твоей свадьбе, то нас нужно хорошенько подготовить. Помариновать. Ну что ты как маленькая?

Он прищуривается, и я вижу знакомые морщинки в уголках его глаз. они появляются, когда он шутит.

— А ещё было бы неплохо нас всё же познакомить с этим Дядей Боссом, о котором Юля так громко и восторженно рассказывала.

Мама кивает и переходит на хриплый шёпот:

— Если честно, то там, по рассказам, не мужик какой-то, а действительно... настоящий принц, в которого я и сама почти влюбилась.

Я перевожу взгляд с отца на маму, с мамы на отца. Отправляю в рот новый кусочек хлеба, медленно жую, заедаю его гороховым супом. Тёплая жидкость скользит по горлу, оставляя послевкусие копчёностей и перца. Причмокиваю и откладываю ложку.

— Только не говори, — папа хмурится, — что ты просто ради веселья решила всех обмануть.

— Ох, папа, — я смотрю на него исподлобья. — Веселье-то было, я с этим не спорю. Но вот про замуж?

— То есть ты повеселилась, а замуж не берут? — возмущённо округляет мама глаза. — Я понимаю, время такое… да и ты не девочка, но… как-то это неприлично, Нина…