Книга Босс перевоспитанию (не) подлежит, страница 143 – Арина Арская

Я подхватываю сумку с пола. Вытаскиваю смартфон. Разблокировав, захожу в сообщения и вижу, что в группе «Ясли» уже сотни непрочитанных.

Бегло пробегаюсь по ним глазами.

Славик отчитывается: конференция у Оксанки была скучная, сама Оксанка — скучная, потом они скучно поехали обедать в каком-то скучном кафе, потом они с Оксанкой опять скучно поругались, папа их разнимал, затем Оксанка потребовала, чтобы они отвезли её на другой конец Москвы в какой-то скучный научный клуб на скучную встречу, потом в скучный магазин за скучными туфлями. И ему купили скучную куртку, которая ему не нравится, но понравилась скучной Оксане.

В итоге всё закончилось хорошо: Оксанку отвезли домой, со Славиком они перед прощанием опять поругались и помирились, потому что папа сказал, что никого не выпустит из машины, пока они не успокоятся.

Улыбаюсь экрану.

Перехожу в личные сообщения, нахожу переписку с Русланом. Вытягиваю ноги из-под стола и фотографирую свои ступни в белых носках.

И пишу:

«Ты готов приехать?»

Ответ летит незамедлительно. Я почти вижу, как он улыбается, когда печатает:

«Конечно, готов, моя шалунья в белых носочках. »

Я прищуриваюсь на экран, быстро набираю адрес родительской квартиры и добавляю подмигивающий смайлик.

«Новая локация? Жди. Буду через час» — игриво отвечает он.

Выключаю телефон, откладываю его в сторону. Экран гаснет.

Папа и мама молчат. Атмосфера накаляется.

Отец всё же не выдерживает. Легонько бьёт ладонью по столу. Ложка подпрыгивает в моей тарелке.

— Так, Нина, объясни, что происходит?

— Жених мой едет, — откашлявшись, хитрю на отца. И отправляю в рот новую ложку супа. Раскусываю мягкую картошку, жую и глотаю. — Хватит меня расспрашивать. К нему приставайте.

— О господи! — Мама вскакивает из-за стола так резко, что её стул отъезжает назад, ножки скребут по линолеуму. Она прижимает сухие, морщинистые руки к груди, поверх старого ситцевого халата в мелкий цветочек. — Вот так скоро? Вот так неожиданно? Нина, ты опять в своём репертуаре! Вот ты также за Вадима своего раз и выскочила замуж, а мы и не поняли, что произошло.

— В жопу Вадима, — пожимаю плечами. — Он пройденный этап.

Мама выбегает из кухни, но останавливается в дверях, хватается за косяк, оглядывается. В её выцветших голубых глазах: паника пополам с азартом.

— Мне же надо себя в порядок привести. Не встречу же я своего будущего зятя в старом застиранном халате!

— Ты у меня всё равно красавица, — папа посылает ей воздушный поцелуй.

Мама хмурится на него и тихо, почти шипит:

— Тебе тоже надо переодеться. Расселся здесь в растянутых трениках и майке. Позорище какое!

— Да, папа, — я ему подмигиваю, тянусь к стакану с компотом. — Что о тебе подумает серьёзный Дядя Босс?

— Да ёлки-палки! — Папа со стуком откладывает ложку. — Спокойно отужинать не даёте. Разорались, панику подняли…

Он Встаёт. Высокий, чуть сутулый, с седой шевелюрой и хитринкой в глазах. Торопливо шагает прочь из кухни. На пороге останавливается, оборачивается на меня.

— И кто так устраивает внезапные знакомства с женихами?

— Да ладно, — тараторит мама из спальни. Голос её приглушён, слышно, как открывается и закрывается дверца шкафа. — Если едет, то пусть едет. Ты только себя прилично веди.

— А когда я это вёл себя неприлично? — охает папа.