Книга Босс не терпит отказов, страница 23 – Арина Арская

И говорит все деловым и холодным тоном, будто о поставках, но и я прячу смущение под маской равнодушия. Можно предположить, что он на меня повесил крепкую кровать с ортопедическим матрасом, чтобы намекнуть: он меня на этой кровати однажды обесчестит, поэтому я должна ответственно подойти к поручению и выбрать ложе по своему вкусу. Такой вот широкий жест симпатии и щедрости.

Вот бы мама его сейчас услышала. И что бы она тогда сказала, интересно? Про наручники и веревки? Стала бы она пирожные готовить для него, чтобы выразить благодарность? Вот бы позвонить ей сейчас и посвятить ее в поручение с кроватью, но меня терзают смутные подозрения. Скажет, я придумываю, чтобы уволиться, ведь Виктор приятный и вежливый мужчина, и для нее он именно такой. Другой бы ее послал в пешее эротическое.

— Харе Кришна, — приветствует меня Игорь.

— Харе Кришна, — отвечаю я, потому что я бунтую против Виктора и его запрета.

В мебельном магазине на Новинском бульваре я теряюсь от цен. Они просто заоблачные, и один диван, не самый дорогой и не очень красивый, может покрыть первоначальный взнос на ипотеку. Выкладываю менеджеру, статной женщине в узком голубом платье, все хотелки Виктора, умолчав о наручниках и веревке. Я, в отличие от него, не хочу шокировать нездоровыми пристрастиями других людей.

— Вот три модели, которые устроят по всем параметрам, — менеджер проводит мимо трех кроватей с витиеватыми изголовьями и высокими матрасами. — Качество итальянское, а итальянцы знают толк в кроватях.

И хитро улыбается, будто на что-то намекает. Видимо, ее бы наручники и веревки не смутили.

— Не стесняйтесь, можете на них полежать, пошатать и даже попрыгать.

— Серьезно? — я с сомнением смотрю на нее, а затем на белые, вышитые серебром покрывала, — вот прям попрыгать?

— Вам же надо устроить тест-драйв.

Если я выберу скрипучую, неустойчивую кровать, то Виктор будет очень недоволен и, скорее всего, потребует вернуть ее и выбрать новую. И если с шестью чашками кофе я справилась, то с шестью кроватями меня ждет нервный срыв.

— Ну, хорошо, Виктор Макарович, будет вам крепкая и устойчивая кровать, — зло выдыхаю я, и с разбега валюсь на матрас лицом вниз.

Как я только не шатала и не прыгала на тех кроватях, что были мне предложены менеджером Алесей! Мне кажется, что они бы и слонов выдержали и их брачные игры. Минут двадцать потом думала, какую всё же выбрать. С золотыми листочками, с круглыми набалдашниками или ту, чьи прутья переплетены в несимметричный, но интересный узор. Остановилась на набалдашниках, потому что они добавляют в изысканные завитушки строгости, а босс у нас человек серьезный и приземленный.

Фотографирую кровать и отправляю снимок Виктору, который присылает короткое “ок,норм”. Я медленно выдыхаю, потому что ожидала похвалы, будто сама эти прутья гнула и варила. У кассы понимаю, что мне нечем расплачиваться за непростительно дорогую кровать, но на помощь приходит Игорь, который с приветственным “Харе Кришна” протягивает черную пластиковую карту. Что бы я без него делала?

— Блин, — я смотрю на него, — вот вам и надо попрыгать на кровати. Я-то маленькая и вес у меня небольшой.

— Харе Кришна, — мрачно отказывается Игорь.

— Можно он попрыгает на кровати? — обращаюсь к Алесе, которая с улыбкой кивает.