Книга Я была хорошей женой, но после развода буду плохой бывшей, страница 93 – Арина Арская

Ее сестра Алиса не теряет надежды встретить богатого и щедрого. Вечерами шляется по дорогим барам, клубам, ресторанам, но удача ей не улыбается. Однажды она залетит от какого мажорчика, с которым закроется в туалете, а он исчезнет. Она родит, а после сбросит ребенка на воспитание Божене и Ивану. Буквально подкинет в люльке на порог недостроенного дома, и уедет, но попадет в аварию и потеряет ноги.

Мама и папа… изменились. Смягчились и однажды я была свидетельницей того, как папа украдкой схватил мамину ладонь и поцеловал кончики пальцев. Получил оплеуху, выговор, но глаза мамы были живыми и смущенными.

Свекр все же встал на ноги, но способность говорить так и не вернул. Медленный, заторможенный, но от жены не отходит. Следует за не по пятам и смотрит, смотрит и смотрит. Даже не мычит. А моя свекровь с ним ласковая, но под ее заботой я чую злорадство над старым немощным мужем.

Антон три года назад привел к нам с Пашей знакомить девушку Лизу. При взгляде на нее я расплакалась, потому что увидела в ней и свою прошлую наивность и влюбленность. А Паша выдохнул и громко выразил радость:

— Я все же буду дедушкой!

После нашего уютного ужина Паша потребовал с нашего сына обещание, что никогда и ни за что не обидит Лизу. И что всегда будет с ней честным даже тогда, когда сложно и непонятно по жизни.

Забегая вперед скажу, что Антон сдержал свое обещание. Любил, не обижал и был честным.

Наша Полиночка вышла замуж год назад за того, кто несколько лет добивался сотрудничества с ее компанией. Паша и его заставил дать клятву, что в их браке не будет лжи.

С Пашей мы теперь гордые бабушка и дедушка двух внуков Катеньки и Артемки, но Антон и Полина нам обещают, что внучат у нас будет раза в три больше, поэтому просят не расслабляться.

* * *

— Это что? — спрашивает Паша, когда я проплываю мимо него с мотками пряжи. Тихо похрустывают колени.

Он подслеповато щурится и надевает на нос очки.

— Буду вязать нам всем носки, — опускаюсь в кресло.

Да, семьдесят лет это даже не сорок. Надо быть медленной, неторопливой.

— Носки?

— Для тебя тоже работа есть, — кидаю в пашу мотком красной пряжи, — будешь клубочки у меня наматывать.

— Хорошо, — не спорит. Подхватывает моток шерсти и внимательно ищет ниточку.

Несколько минут любуюсь его профилем. Да, морщины стали глубже, а седых волос на голове меньше, но это все еще мой Паша.

— Нашел, — цепляет кончик ниточки.

Начинает медленно и сосредоточенно наматывать нитки на пальцы.

— Бабуль, — в гостиную заходит наша Катенька. Наша красавица, — курочку поставила…

— Такая хозяйка, а без жениха, — качаю головой.

— Бабуль!

— Да прячет она от нас жениха-то, да, — Паша смотрит на нее из-под очков, — признавайся.

— Да не нужны мне женихи! У меня институт, работа…

— Да ты посмотри на нее! Вся в мать пошла! работа у нее! — в шутку возмущаюсь. — Раз жениха нет, то делом займись, — кидаю в нее мотком зеленой шерсти, — на зиму надо вам всем носки связать. У меня новое хобби.

— Свитер еще свяжи мне, — Паша лукаово косится на меня, — с надписью “Любимый дед”.

— И свяжу же, — я с угрозой щурюсь на него.

— Свяжи, — он улыбается и его глаза вновь становятся теплыми и нежными, — буду носить и не снимать.

Конец