Книга Пепел желания, страница 31 – Клара Рутт

— Иди сюда, — тихо сказала. — Ко мне.

— Хочешь умереть от экстаза? — рыкнул Даркхан, в исступлении отводя взгляд. — Пекло Улдроша, я хочу тебя еще больше!

— Иди сюда, — повторила я мягко. — Доверься, ладно?

Он нехотя оторвался от дерева и сел напротив меня на колени. Я с удовольствием обвила взглядом его разгоряченное тело, опустила взгляд на раскаленную ладонь, откуда уже вырывались медные потоки, и просто сказала:

— Сними перчатку, Даркхан…

Он посмотрел с вызовом:

— Это последний оплот твоей жизни, Сейра. Ты можешь взяться только за нее, но что почувствуешь при этом, лучше не представлять. Однако если ее не будет вовсе…

Он звучно выдохнул, но прочитал в моих глазах принятие. После чего медленно освободил руку.

Ладонь светилась, будто раскаленный металл, и с нее медленно стекала медь. Что с этим делать и как вообще нам слиться друг с другом не касаясь, я не имела представления, но жгучее, откуда ни возьмись явившееся чувство диктовало, что я должна делать.

Даркхан тоже смотрел с изумлением: и правда, картинка выглядела странно — два полностью голых человека сидели на траве и просто пялились друг на друга. Но нет, нам было этого мало. Мы должны были ощутить сладость друг друга.

И я просто коснулась струйки меди, стекшей на землю: обмакнула палец, растерла по костяшкам, окунула всю ладонь…

— Накрой мою руку, — прошептала в исступлении, запрокидывая голову от обжигающей боли и роняя непроизвольные слезы, но знала — нужно больше. Его желание, льющееся лавинным потоком, должно спасти меня от прикосновения к нему же.

Даркхан замер. Он смотрел, как моя бледная кожа становится сияющей золотистой, как капельки меди цепляются за пальцы, а слезинки превращаются в крупицы хрусталя и растапливаются в этом странном медном жерле. Но чтобы почувствовать, он тоже должен был коснуться меня.

И он коснулся. Новая волна жара пронзила мое тело изнутри, лоно наполнилось горячей томящейся болью, хрусталь на сосках потек по моему влажному от жары телу. А затем на их месте стала жечься медь.

Это походило на сладкую грань боли и наслаждения: медь Даркхана проникала в меня сквозь пальцы, хрусталь в волосах таял и спадал слезинками в этот поток, и внутри меня рос светящийся золотистый шар. Я закрыла глаза, предвкушая слияние. По телу пошла теплая пульсирующая волна — изнутри, из самого лона, к кончикам пальцев, и я не сдержала стона.

Я была не здесь, не в диких джунглях Коварна, а где-то на границе сознания, наедине с Даркханом. И словно считав мои чувства, он сжал мою ладонь.

Жгучий укол пробил в промежность, невольно я выгнула спину и потянулась к нему, но не смела открыть глаз. Светящийся шар поглотило пламя, грудь пронзило огненной вспышкой, я приоткрыла губы, ресницы задрожали, выпуская новую слезу — но уже не от боли, а от наслаждения, я вдохнула горячий воздух, и…

Все пропало.

Сейра поникла, будто ее отключили — одномоментно, без лишних движений и звуков. Голову уронила на грудь, пышные волосы закрыли и лицо, и тело. А затем повалилась назад, на мягкую траву, увлекая за собой и Даркхана.

Их руки оставались связаны медью, и он не посмел оборвать эту единственную связующую нить, хотя едва удержался, чтобы не броситься и не накрыть ее собой, защищая от падения, а затем коснуться лица и губ, приводя в чувство.