Книга Пепел желания, страница 90 – Клара Рутт

— Это радостно слышать. Но если что, обращайся ко мне напрямую, я тебе рад в любое время дня и ночи.

Борен хохотнул, и они обменялись рукопожатиями. До рассвета нужно было успеть отправить флакон Карнаку. Он и так просрочил отправку на неделю, но когда сегодня из Горящих Пустошей к нему явился гонец, понял, что тянуть уже некуда: Карнак просил настойчиво и не торговался.

Ночной Коварн был спокоен и свеж. Редко когда Даркхану удавалось покинуть дворец в темное время, но сегодня он решил насладиться пустотой и завораживающей тишью. Столица очаровывала таинством и кротостью. И тишиной — если бы не тяжелые шаги Гаррока:

— Жду указаний, ваше величество. — Советник перехватил его у входа во дворец, на что Даркхан только вложил в его ладонь заветный тигель и ровно проговорил:

— Отправь сию же минуту в Улдрош. И иди уже спать, время позднее.

— Ждал вас, ваше величество. Благодарю.

Гаррок поклонился и скрылся в тени дворца. Факелы при входе отбросили изогнутые тени. Даркхан помедлил: там, внутри, его ждала холодная спальня, а здесь его теплыми объятиями укрывала сама ночь — свобода, которой у него теперь было так мало.

Сорвав из держателя один из факелов, Даркхан поднялся на стену. По молодости он часто бывал здесь: это было место, откуда простирался целый мир, а он мечтал его увидеть.

Стражники при виде него расступились, а, подумав, он и вовсе отправил их вниз: хотелось насладиться одиночеством. В последнее время оно проявлялось все чаще, а два письма от Сейры не приносили покоя: она не звала его, но между строк словно молила о помощи.

Огонек на запястье тускнел. Прошел почти месяц, связь рассыпалась, но это не мешало ему о ней думать. Каждую ночь — между тревогами о восстановлении Копей и малых объемах добычи руды. За что каждое утро корил себя, что уснул слишком рано.

Сегодня он восполнит перед ней этот долг.

На стене было ветрено, как всегда. Прохладный воздух заставлял горячие жилы застывать, а косы — расплетаться. Да, здесь не он правит, но он для того и поднялся, чтобы отдать себя ночной воле.

Пламя изогнулось под холодным порывом, и Даркхан оставил факел при выходе на стену. Но, пройдя буквально пару шагов, застыл: он был не один.

На фоне темного неба серебристым контуром волос выделялся хрупкий одинокий силуэт. Фигуру скрывало пышное черное платье и вуаль на острых оголенных плечах, но даже в темноте Даркхан понимал, кто это. И ей не надо было прятаться. Напротив — это он ощутил себя лишним.

Но все же подошел. Она не обернулась.

— Не спится? — спросил Даркхан тихо и сложил руки на каменный край стены. Ветер подхватил его волосы, он подставил лицо навстречу. Хорошо. Это то, что он хотел в поздний час.

— Сны плохие, — ответила Велария, не шелохнувшись… — Мне снится отец. Вот уже месяц — и все зовет куда-то.

Даркхан только кивнул: ему это было знакомо. Он каждую ночь видел кричащую Сейру. Он бы и сейчас ее видел, если бы не… Коварн, которого сегодня он выбрал сам. С высоты он притягивал его еще больше — редкими огнями, очертаниями каменных зданий и запахом сдавшегося зноя. И в том была его главная вина — оставаться здесь, когда ей требовалась помощь. Несмотря на то, что она и не просила вмешиваться.

— Мои сны не лучше, — вдруг признался он. — Там она. Всегда она.