Книга Хозяйка питомника фамильяров, или Любой каприз за ваши деньги, страница 122 – Ксения Никонова, Наталья Фирст

— Так, — Джастину надоело выслушивать гадости и он обратился к одному из магов, — показания преступников успели зафиксировать на кристалл?

— Так точно, месье капитан.

— Прекрасно. Значит, забирайте их и везите в департамент. Что дальше делать, вы сами знаете.

— А вы, — маг не договорил, обжегшись о грозный взгляд.

— А я останусь здесь. У меня еще дела к мадемуазель Озэрро.

Макс мерзко расхохотался:

— Что Лисетт, сладко под этим кобелем? Всегда догадывался, что ты маленькая шлюшка. Все в роду Озэрро...

От неожиданности я вспыхнула всем лицом сразу. Какой подлец! Подскочила и ударила мерзавца наотмашь по щеке.

— Не надо, Лисетт, — Джастин вновь заключил меня в объятия. — Не надо. Он уже сам себя наказал.

И все-таки я не сдержалась, добавила к пощечине язвительное:

— Не думала, что ты такой идиот, Макс. Ты всерьез надеялся, что она с тобой поделится? Да зачем ей это?

Мой «Рыцарь» расплылся в самодовольной улыбке. Ответил моими же словами:

— Не думал, что ты настолько идиотка, Лисетт. Да затем, что только у меня получается создавать фамильяров. Ты и сама видела.

— Что? — Я даже поперхнулась от такого откровения. Боже, в этом абсурде есть и моя вина. Не нужно было потакать самолюбию этого мерзавца.

— То, — Макс посмотрел на меня свысока. — Беатрис тоже пробовала, но ее картинки не оживают. Так что, дорогая моя Лисетт, я ей просто необходим. Если бы тебя отправили на каторгу, без меня весь этот питомник превратился бы в полный пшик.

— О чем он? — Вопросительно поднял бровь Джастин.

Я вздохнула.

— Он решил, что может без меня оживлять фамильяров.

— Но фамильный дар, передается только по женской линии, разве не так?

— Так, — обреченно призналась я.

Макс насторожился, нахмурился. Кажется, до него начало доходить.

Я повернулась к Джастину, взялась пальцами за пуговицу на его сюртуке, призналась:

— Тут такое дело... Он очень хотел кого-нибудь нарисовать. Так надеялся, что у него все выйдет. Мне его стало жалко, и я подыграла немного.

— Оживила его рисунок? — догадался мой капитан.

Я кивнула.

— И выпустила джинна из бутылки, — Джастин, не обращая ни на кого внимания, притянул меня к себе и поцеловал в лоб. — Весьма неосмотрительно с вашей стороны, мадемуазель Озэрро.

Что уж там говорить? Он прав. Тысячу раз прав.

* * *

Макса выводили под рыдающие вопли:

— Ты врешь, Лисетт! Я тебе не верю!

Я просто отвернулась, не желая ему отвечать.

Джастин проводил полицейскую процессию и вдруг хохотнул:

— Зато теперь стало понятно, почему твоя Тони такая неумёха. Изнеженную госпожу заставили работать прислугой.

Я живо представила злополучную яичницу в исполнении Беатрис и передернулась.

— Лучше не напоминай. Я эти кастрюли-сковородки после ее стряпни еле отмыла.

— Все будет хорошо, Лисетт. Теперь все точно будет хорошо.

Меня притянули к груди, захватили в ладони лицо и жарко поцеловали.

— Я, конечно, пррррошу пррррощения, — раздалось над головой ехидное, — но нашего котика вы собирррраетесь вызволять?

— Умеешь ты влезть не вовремя, Матильда. — Джастин закрепил поцелуй легким касанием губ в висок, щеку, подбородок, шею...

Он спустился бы и ниже, но Матильда проявила настойчивость:

— Я всегда воврррремя. Вы тут милуетесь, а он там стррррадает! Совести у вас нет.