Книга Тень Элларии, страница 118 – Джулия Фокс

— Я становлюсь сильнее…

— И ценой чего?

Я не ответил. Потому что сам не знал, сколько ещё во мне осталось «моего».

Она продолжила:

— А если, поглощая демонов, ты сам теряешь человечность?

Эта мысль уже приходила ко мне. И я ненавидел её всей своей рациональной частью. Потому что если это правда, значит, я иду не к возвращению, а к окончательной утрате.

— Я не чувствую, чтобы становился чудовищем.

— Ты не всегда чувствуешь то, чем становишься, — прошептала она.

Я посмотрел на нее. В её глазах был только страх. За меня.

— Я не хочу, чтобы ты превратился в то, с чем борешься, — добавила она.

Раньше я бы отмахнулся. Сказал бы, что это сентиментальность. Что цель важнее. Но сейчас… Сейчас я ощущал больше. И это «больше» делало всё сложнее.

— Если я не остановлю его, — тихо сказал я, — он рано или поздно доберётся и до тебя.

— Он уже добрался, — спокойно ответила Виолетта. — Я выросла при этом дворе.

Я замер.

Она продолжила:

— Но если ты пойдёшь на него напрямую, ты сыграешь по его правилам.

— А если я подожду, он укрепится ещё сильнее.

— Тогда стань умнее. Не сильнее, а умнее.

Я тихо усмехнулся.

— Ты хочешь сделать из меня политика?

— Я хочу, чтобы ты был жив.

Снова тишина. Волны шуршали о берег, солнце медленно поднималось выше.

— Ты боишься, что я погибну…

— Я боюсь, что ты погибнешь, — ответила она без паузы. — И боюсь, что выживешь, но потеряешь себя.

Я закрыл глаза, прислушиваясь к себе. К потокам внутри. К тяжёлой, ещё не улёгшейся энергии после вчерашнего. Она гудела, словно перегретый механизм, требующий передышки.

— Если я откажусь, — медленно произнёс я, — ради чего тогда были леса? Демоны? Годы?

— Ради того, чтобы у тебя был выбор, — сказала она.

Выбор.

Я чуть не рассмеялся. Когда у меня в последний раз был выбор? В лесу? Во дворце? В ту ночь, когда меня фактически стёрли?

Но сейчас я сидел на берегу моря рядом с женщиной, которая знала мою самую тёмную правду и всё равно держала меня за руку.

— Допустим, — сказал я наконец, — я не иду во дворец завтра с огнём. Допустим, не устраиваю бойню. Что ты предлагаешь?

Она заметно выдохнула, явно позволив себе надеяться.

— Узнать больше. Найти способ разорвать сделку. И вывести Гидеона на чистую воду.

Я долго смотрел на горизонт. Месть всегда казалась прямой дорогой. Чёткой. Почти математической. Причина — следствие. Она же предлагала путь сложнее. Длиннее. Требующий терпения, которого во мне всегда было мало.

— Ты понимаешь, — тихо сказал я, не отрывая взгляда от линии горизонта, — что если появится шанс покончить с ним быстро, я не отступлю.

Мне нужно было произнести это. Не как угрозу. Как условие. Как якорь, за который я всё ещё держался. Потому что если убрать и его — останется пустота.

— Я понимаю, что ты не станешь бездействовать. Я лишь прошу, чтобы это было последним шагом, а не первым.

Последним, а не первым.

Эти слова осели странно тяжело. Не запрет. Не отказ от цели. А порядок. Последовательность. Я вдруг поймал себя на том, что никогда не думал о своей мести как о чём-то, что можно отложить в структуре. Она всегда была отправной точкой.

Я кивнул.

— Я подумаю.

Слова вытолкнули ком из груди… Она предлагала не капитуляцию, а паузу. А я не делал пауз. Я шёл. Всегда шёл вперёд, даже если впереди была стена, даже если приходилось разбивать её лбом.