Онлайн книга «После развода с генералом-драконом. Хозяйка чайной у Северных ворот»
|
Не гнев даже — досада, что она бьёт точно туда, где защита уже и так трещит.— Я сказал тебе тогда не всё.— Ты сказал мне достаточно, чтобы выгнать из дома.— Аделина.— Нет, — оборвала она. — Либо ты сейчас говоришь со мной честно, либо уходишь. Третьего я больше не приму.Он медленно снял перчатки. Пальцы у него были холодные, чуть покрасневшие от мороза. Когда-то она знала их лучше собственного почерка — эти руки, умеющие и держать поводья, и разбирать карту, и касаться её так, что весь мир становился тише. Сейчас ей пришлось заставить себя не отвести взгляда.— Вечером к воротам идут не только обозы, — произнёс Рейнар. — Есть люди, которым выгодно, чтобы в твоей чайной горел свет как можно дольше. Есть окна, из которых видно больше, чем тебе кажется. Есть комнаты, которыми здесь раньше пользовались не только для ночлега.Аделина почувствовала, как внутри что-то холодно и быстро встало на место.Не испуг. Настороженность.— И всё это ты решил сообщить мне после того, как лично передал мне этот дом?— Я не передавал его тебе лично.— Нет, конечно. Ты предпочёл сделать это красиво, через секретаря и свидетелей.Рейнар медленно выдохнул, словно терпение у него подходило к пределу.— Я пришёл не оправдываться.— Тогда зачем?Он посмотрел на неё несколько дольше, чем следовало бы. Потом произнёс:— Мне нужны ключи.В зале стало так тихо, что слышно было, как в печи оседает уголь.Аделина не шевельнулась.— Какие именно?— Все, что были в пакете.Это было сказано слишком быстро для человека, который якобы пришёл только предупредить о поздних посетителях.Она почувствовала, как в кармане юбки тяжелеет связка. Железо словно налилось весом прямо на её коже.— Зачем? — спросила она.— Среди них есть то, что тебе передали по ошибке.— Как удобно. И что же именно мне передали по ошибке?— Связку, Аделина.— Нет. Назови вещь.Рейнар посмотрел мимо неё — на стойку, на зал, на лестницу наверх, будто проверял, кто может услышать. Потом снова перевёл взгляд на неё. Его голос стал тише, и от этого опаснее:— Один маленький ключ. Чёрный. И, возможно, ещё кое-что.Вот теперь она точно поняла: он пришёл не только из-за режима работы.Он знал.Не всё, но достаточно, чтобы приехать ночью лично, без людей, без бумаг, без официального предлога.— Возможно? — переспросила она. — Ты сам не уверен, что именно оказалось у меня?— Я уверен в одном: это не должно было оказаться здесь.— Здесь — это у меня или в чайной?Он не ответил.И этим ответил слишком многое.Томас выпрямился у печи.— Чёрный ключ, говорите? — спросил он так буднично, словно речь шла о соли к ужину. — От старой подвальной двери, что ли?Рейнар резко повернулся к нему.— Ты знаешь, о чём речь?— Я здесь три года присматриваю. Было бы странно, если бы не знал.— Подвал заварен.— Не весь, — негромко заметил Томас.Пауза стала острой, почти физической.Аделина перевела взгляд с одного на другого. Ей не понравилось сразу всё: то, как Рейнар напрягся от слов Томаса, то, как Томас произнёс это без удивления, и то, что оба мужчины явно знали о её новом доме больше, чем собирались говорить при ней.— Прекрасно, — сказала она. — Значит, я единственная в этой комнате, кого считают недостойной знать, что именно мне отдали.— Я не сказал этого, — глухо произнёс Рейнар.— Но сделал.Он шагнул ближе.— Отдай мне связку.Вот теперь в его голосе прозвучал именно приказ. Тот самый тон, которым он, вероятно, одним словом останавливал лошадей, людей, целый отряд. Тон власти, привыкшей, что мир немедленно уступает.Аделина ощутила подступившую злость не как вспышку, а как ясность.— Нет.— Не заставляй меня…— Что? — Она вскинула голову. — Что ты сделаешь, генерал? Отберёшь у меня дом дважды за трое суток? В первый раз — бумагой, во второй — силой?— Не играй с тем, чего не понимаешь.— Зато ты, кажется, играешь давно.Он остановился так близко, что она почувствовала исходящий от него холод улицы. Его взгляд упал на её карман — коротко, точно. Слишком точно. Он не мог видеть сами ключи, но знал, где она их держит. Эта мелочь почему-то задела сильнее громких слов.— В пакете было что-то ещё? — спросил он.Вот оно.Подлинный вопрос.Не поздние гости. Не служебный режим. Не забота. Он приехал проверить, получила ли она лишнее.Аделина чуть склонила голову.— А если было?— Тогда ты отдашь это мне.— С каких пор?— С тех, когда это может стоить тебе слишком дорого.— Моё имя уже стоило мне достаточно. Дом тоже. Брак, как выяснилось, вообще ничего не стоил. Так что уточни — что именно ты пытаешься сейчас спасти? Меня или себя?Лицо Рейнара на миг стало жёстким, почти чужим.— Думаешь, мне есть что спасать?— Я думаю, что ты пришёл сюда ночью не из-за моей безопасности. Иначе начал бы не с ключей.Томас откашлялся в кулак, но не сказал ничего. У неё было ощущение, что он слушает не только слова, а паузы между ними.Рейнар опустил голос ещё ниже:— Есть вещи, из-за которых сюда могут прийти люди пострашнее усталых возчиков и жадных купцов. Если эти вещи у тебя, я должен забрать их сейчас.— Почему?— Потому что я знаю, как на них охотятся.— И откуда мне знать, что ты сам не один из тех, кто охотится?Он побледнел. Чуть-чуть. Совсем не так, как в ту ночь у кладовой, но она увидела. Видимо, попала ближе, чем ожидал он сам.— Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, — сказал он. — Но не ставь меня в один ряд с ними.— Тогда не веди себя так, будто это именно твой ряд.Она выдержала его взгляд. Он — её.Потом Рейнар спросил:— Что тебе уже рассказали об этом доме?— Меньше, чем хотелось бы. И больше, чем удобно тем, кто привык всё решать без меня.— Ты нашла что-то?Этот вопрос прозвучал слишком быстро.Она сразу вспомнила вырезанные страницы в книге учёта. Медную печать. Тёплый металл, будто хранящий чужой огонь. Тот странный, слишком ровный след ножа у корешка. И мгновенно поняла: нет, про книгу он не должен узнать. Пока — нет.— Я нашла пыль, долги и пустые полки, — сказала она спокойно. — Если хочешь, могу вернуть всё это тебе вместе с извинениями за неудобства.Он понял, что она лжёт не полностью, но достаточно, чтобы не дать ему ни одной надёжной нитки. |