Книга Врачебная тайна, страница 14 – Дия Семина

Почему призрак действует хаотично, совершенно непродуманно и опасно? Из-за ЕГО «шалостей» я угодила в каменный мешок и просидела целую неделю в ужасных условиях. Даже притопнула ножкой от злости. Ощущение, что не его ко мне приставили, а меня к нему, к самому безбашенному и непоследовательному призраку на свете.

Остановилась, подняла голову и смотрю на облака, только чтобы успокоиться, в таком состоянии зайду в келью, и тогда уж точно не успокоюсь до утра.

Кучевые, красивые, сияющие облака больше похожи на огромный сказочный город фей. Хотелось бы туда попасть, а не это всё…

И так живо представилось, что меня окружает прохлада, свежесть и свобода, что я на всё происходящие вдруг смогла посмотреть сверху, просто посмотреть на себя маленькую, стоящую на территории храмового комплекса, и задравшую голову вверх.

Неожиданно получилось увидеть ситуацию со стороны.

Разбитые стакан, часы, башмак в голову пьяного лекаря — это всё для того, чтобы я попала сюда и осталась. Да, не самые комфортные условия, но зато в безопасности.

И в камере я просидела дольше чем нужно, тоже по собственной вине, потому что просто сидела и чего-то ждала, а надо было наладить настоящий контакт с НИМ.

Как, интересно его зовут?

Молчит…

Внезапно загудел колокол, оповещая сбор на вечерний молебен, и я вдруг ощутила, как моему телохранителю дискомфортно. Звук входит с ним в резонанс. Призрак начал звенеть, и моя голова присоединилась…

— Ой, уйди, можешь уйти? Скорее!

ОН исчез, провалился под землю, и головная боль утихла.

— Это я теперь с ним всегда вот так буду маяться, странно, что меня от святой земли не трясёт.

Ворчу себе под нос и иду куда должна — в трапезную, теперь мне никто не обязан прислуживать.

На широком, длинном столе в углу выставлены закрытые деревянными крышками едва тёплые чугунки и крынки с холодными закусками. Осмотрела весь ассортимент «шведского стола» и принялась собирать свою порцию. Из самого большого чугунка достала три небольшие ярко-жёлтые разваренные картошины, растолкла их деревянной ложкой в плошке, сверху ложку крутых сливок, зелень, типичную для простого стола: укроп, петрушку. Варёный горох, варёную морковь из других уже остывших чугунков и малосольный огурец из широкой миски. Считай, постный оливье получился. Вполне приятный ужин, жаль без яйца…

Стоило подумать, как из кухни ко мне медленно прилетело варёное яйцо, явно рассчитанное на завтрак, но я не отказалась. Полезный, однако призрак у меня в услужении.

Несколько минут «колдовства» и в тарелке появился тот самый бабушкин «Оливье» со сметаной, какой я любила больше всего, про докторскую колбасу даже не заикнулась, а то с ЭТОГО станется, найдёт какого-то лекаря-доктора и сделает из него мясосодержащий продукт, готовый к употреблению. Бр-р-р.

Пока колокола молчат, и в трапезной никого, быстренько начинаю есть, и всё же задаю ЕМУ вопрос, какой вдруг показался самым важным:

— Постарайся говорить тише, но ответь, почему ты выбрал меня? Почему не можешь от меня отстать? У нас какая-то связь?

Помнится, муж говорил, что у Насти есть брат, и от него из далёкого гарнизона уже третий год нет вестей. Может быть, это он?

Жду ответа…

А он тянет…

— Отвечай, это приказ!

«Я призван тебя убить…»