Книга Врачебная тайна, страница 6 – Дия Семина

Увы, это моя новая жизнь.

Заметила старинную, грубую вешалку у входа, появилась гениальная мысль. Поднялась на носочки и попыталась зацепить тряпку кляпа за один из крючков, не сразу, но получилось избавиться от затычки, из-за которой моя челюсть неистово ноет.

Пусть меня карают, наказывают, но я страшно голодная, не теряя драгоценного времени, подошла к столу, наклонилась и онемевшими губами взяла одну просвирку, медленно разжевала и проглотила. А потом ещё одну.

Будь я одержимая, то не смогла бы съесть освящённую пищу. Интересно, если моему так называемому мужу дать выпить святой воды, он не начнёт корчиться в агонии и выкрикивать мерзости, как это делают настоящие одержимые?

Просвиры только усугубили чувство голода.

Присаживаюсь на широкий сундук и начинаю молиться о скорейшем избавлении меня от неволи, потому что мы с этим место не созданы друг для друга.

Почему-то я уверовала, что это не «Алькатрас», сбежать из обители возможно, и я не задержусь. Только куда бежать? Этот мир для меня чужой, причём в каждой мелочи. Никого не знаю, про жизнь настоящей Анастасии воспоминаний почти нет, только если какой-то триггер срабатывает, то какие-то картинки всплывают в памяти. Как только что, слова Андрея, о моём падении воссоздали целый ряд неприятных событий, и на самом деле всё было не так, как он утверждает. Жена действительно застала любовников, и её гнев был праведный…

А если сказать настоятельнице правду, что я не та, за кого меня принимают, и что это не помешательство, или нет, просто скажу, что ничего не помню, и действительно упала с лестницы. Или сказать, что это подлые грешники меня решили упрятать в монастырь.

Стакан!

Она мне не поверит из-за разбитого стакана.

— Какая пакость меня так подставила, кто ты? Что тебе за радость такая, запереть меня в монастыре? Тебе поди тут неуютно? — обращаюсь к невидимой сущности, если такая есть. — Я расскажу о том, что ты существуешь и пусть по тебе отслужат панихиды, или что там читают, чтобы отправить нечисть обратно в ад!

В этот момент со стола срываются внушительные песочные часы и летят прямо в меня, едва успеваю пригнуться. В этот момент дверь открылась, и настоятельница снова удостоилась чести увидеть, как её любимые часы разбиваются о стену над моей головой, а я заваливаюсь набок и отключаюсь, с последней мыслью, что мне теперь точно конец…

Едкий запах выдернул меня из тьмы и сразу окунул в нестерпимую дурноту. Кажется, я только что опять вернулась в это тело, ещё одна неудачная попытка «избегания» проблем. Но увы, я снова здесь, и, более того, в том же кабинете настоятельницы.

Настойчивый, но спокойный голос матушки Евдокии прорвался сквозь оглушающий шум в ушах.

— Очнулась? Рано ещё помирать, кому лучше сделаешь? Именно что никому, муж только обрадуется вдовству-то, а ты в сыру землю. Вставай, руки сейчас развяжем, идти придётся самой. Здесь некому тебя таскать, голубушка.

Настоятельница осторожно помогла мне встать, развязала смирительную рубаху и стянула её через голову, отчего волосы потеряли последние шпильки и рассыпались по плечам.

— Всё же ты одержимая. Мы с таким сложным случаем сами справиться не сможем, молитв недостаточно. Да и оставлять тебя здесь, считай, что осквернять святую, намоленную землю. Вставай, если будешь вести себя хорошо, то получишь хорошую, сытную еду, да не трясись, никто тебя здесь не обидит, сами тебя боимся. Разместишься в отдельной келье до приезда инквизитора…