Книга Не Ваша Русалочка, страница 19 – Тина Солнечная

— Знаешь, — прошептал он, наклоняясь ближе, — смотрю на тебя и у меня просто непреодолимое желание всегда видеть тебя в моей сперме. Чтобы она вытекала из всех твоих дырочек.

Я вскинула на него глаза, в которых смешались усталость, удовольствие и тихое потрясение.

— Ты… больной, — выдохнула я, стараясь придать голосу твёрдость. Но он лишь усмехнулся — не обиженно, не зло, а как человек, которому очень хорошо известна собственная одержимость.

— Возможно, — ответил он. — Но есть в тебе что-то такое притягательное…

Он провёл пальцем по моей щеке, задержался у уголка губ, потом наклонился и поцеловал снова — мягко, почти нежно. Контраст с тем, что было минуту назад, обжигал сильнее любого огня.

— Отдохни, зажигалочка, — прошептал он мне в ухо. — Завтра твой первый день.

Он развернулся и вышел, не оборачиваясь, оставив меня стоять в полутёмной комнате, где воздух всё ещё дрожал от накала эмоций и запаха его кожи.

Я опустилась на кровать, закрыла глаза и выдохнула. Локфорд.

Первый день для меня в академии наступил быстрее, чем хотелось. Для всех остальных — обыденный, рутинный, затерянный где-то в середине учебного семестра. Для меня — первый.

Я шла вместе с потоком первокурсников, стараясь не выделяться, не оглядываться, не думать о ночи, о поцелуях, о жадных руках. О нём. Сегодня я была просто Мелания Дель Тар. Или хотя бы пыталась ею быть.

Мы поднялись по широким мраморным ступеням, миновали арочный коридор, и наконец вошли в одну из аудиторий. Внутри пахло магией и старинными пергаментами. Потолок — сводчатый, с парящими в воздухе светильниками. Вдоль стен — высокие книжные шкафы и витрины с артефактами. Массивная кафедра утопала в мягком голубоватом свечении, создавая иллюзию того, что преподаватель стоит на искре магического пламени.

Декан уже был на месте. Высокий, с острыми чертами лица и пронизывающим взглядом цвета утренней грозы. Серо-синие глаза остановились на мне.

— Сегодня к нам присоединилась новая ученица, — начал он ровным, но цепким голосом, — что не является обычной практикой спустя два месяца с начала учебного года. Однако… — он сделал театральную паузу и обвел взглядом студентов, — для дочери ректора мы, разумеется, готовы сделать исключение. При условии, что её способности не уступают уже зарекомендовавшей себя сестре.

Лёгкий смешок прокатился по аудитории.

— Спасибо, декан, — раздался голос из первого ряда.

Я сразу узнала её.

Девушка поднялась с места, изящно, без суеты, будто знала, что все взгляды уже прикованы к ней. Волосы, цвета темного золота, ниспадали на плечи мягкими волнами. Глаза — серо-голубые, чуть раскосые. Кожа — светлая, будто подсвеченная изнутри. Всё в ней говорило: «Я — совершенство». Она была красива. Настолько, что рядом с ней остальные девушки терялись.

И, кажется, она это знала.

— Аника, — сказал кто-то шепотом, но достаточно громко, чтобы я услышала.

Моя новоиспеченная сестра. Сводная, правда. Но лично мне она и так и так чужая.

Взгляд её скользнул по аудитории и остановился на мне. На одно короткое мгновение наши глаза встретились. Она не удивилась. Не улыбнулась. Не отвернулась.

Она просто посмотрела. И в этом взгляде было всё. Оценка. Интерес. И — холодное, обволакивающее непринятие. Мелания Дель Тар, добро пожаловать в академию. Тебе тут не рада ни сестра, ни отец.