Книга Сгорать от любви (и от стыда), страница 16 – Яна Шарм

— Не подходи близко, просто смотри, — бросил он ей коротко, и его голос прозвучал по-деловому, отчужденно. И от этого стало еще более жарко. Этот командный тон, лишенный привычной ей ласковости, заставлял сжиматься низ живота.

На плацу шли учения. Резкая сирена пронзила воздух, заглушив все мысли. Рев мотора, и вот уже фигуры в таких же тяжелых одеждах, как у Сергея, бросились к учебной башне, разматывая рукава с пугающей скоростью. Команды отдавались резко, чеканно, как выстрелы.

«Ствол на рукав! Подача воды! Взлом двери!»

Это был танец, где партнерами были сталь, вода и смертельный риск. Синхронное, выверенное движение, где каждая секунда на счету.

И она смотрела только на него. На Сергея.

Он работал рядом с другими, но для Вики он был в фокусе, как на сцене. Она видела, как под тяжелой тканью напрягаются мощные мышцы на его спине и плечах, когда он тащил тяжеленный, наполненный водой рукав, как будто это была не резина, а шелковая лента. Видела, как капли пота, несмотря на прохладный день, катились по его вискам из-под каски. Ее взгляд прилип к его шее, к тому месту, где пульсировала жила, к мокрой темной прядке волн, выбившейся из-под каски. Он был концентрацией чистой, нерастраченной силы.

Потом прозвучала команда: «Отработка норматива! Одевание на время! Огонь!»

И началось самое сюрреалистичное и самое эротичное шоу в ее жизни.

Сергей, вместе с напарником, оказался у стартовой линии. Рывок. Сорвал с себя каску. Молниеносным, отработанным движением он втянул руки в куртку, могучие плечи напряглись, и тяжелая боевка взлетела в воздух и упала на землю. Потом — сапоги и штаны, сброшенные одним движением. И он остался лишь в темных, почти черных спортивных штанах, насквозь мокрых от пота и намертво прилипших к влажной коже, обнажив торс.

Вика застыла, забыв дышать.

Его тело было картой напряженного труда. Каждая мышца играла под кожей, лоснящейся от пота, который стекал по рельефу кубиков пресса, скользил по глубокому шраму на плече, собирался в соблазнительном углублении ключицы. Он дышал часто, рот был приоткрыт, грудь вздымалась. Он был могущественным, уставшим, пахнущим дымом и солью зверем. И она… она пожирала его глазами.

«Боже, я хочу почувствовать этот пот на своем языке».

Мысль пронеслась обжигающей волной, заставив ее похолодеть и вспыхнуть одновременно.

«Хочу провести губами по этому шраму и узнать его историю. Хочу вдохнуть этот запах опасности и мужской работы, зарывшись лицом в его шею. Хочу, чтобы эти руки, способные укрощать огонь, держали меня так же властно».

Он был абсолютно реальным. Настоящим. Таким, каким никогда не был Дмитрий в своем кабинете с кондиционером, пахнущий дорогим парфюмом, а не жизнью.

— Молодцы, ребята! Отдыхайте! — скомандовал начальник караула.

Сергей повернулся, его взгляд, заостренный адреналином, сразу же нашел ее в толпе. Он был все еще в том же диком, возбужденном состоянии от работы. Его глаза блестели, грудь вздымалась. Он увидел ее горящий, голодный взгляд, ее разинутый от волнения рот, и в его глазах мелькнуло понимание. И вызов. Он медленно провел рукой по лицу, смахивая пот, не отрывая от нее взгляда, будто говоря: «Видишь, каков мой мир? Все еще хочешь в него?»

Он подошел к ней, и от него исходил жар, как от раскаленной печи. Запах был оглушительным — дым, мужской пот, металл, честный труд. Он стоял так близко, что она чувствовала исходящее от него пышное тепло.