Книга Пленница судьбы, страница 73 – Элиан Вайс

— Это не ответ, — он покачал головой, но в его глазах уже что-то дрогнуло. Лед начинал таять.

— Это не оправдание, — кивнула она. — Это факт. Мы оба сломаны, Даркейн. Ты — своей магией, своим проклятым прошлым, своей чертовой короной, которая тяжелее горы. Я — тем, что меня украли, разлучили с семьей, унизили, поставили на цепь, как собачонку, привязали магией, в которой я ни черта не понимаю. Но вместе, — она взяла обе его руки в свои и сжала их, чувствуя, как он напряженно замер, — вместе мы можем стать чем-то целым. Две половинки одной сломанной души. Понимаешь? Мы не должны быть идеальными. Мы просто должны быть вместе.

Он смотрел на нее долгим, изучающим взглядом, в котором смешались недоверие, надежда и боль. Словно он впервые увидел не просто тело, сосуд, временную необходимость, а ее. Целиком. Душу, сердце, разум.

— Ты серьезно? — спросил он, и его голос дрогнул, выдавая ту самую уязвимость, которую он так тщательно скрывал.

— Абсолютно, — выдохнула Ария. — Я никогда не была более серьезна, чем сейчас.

И тогда он сломался. Шагнул к ней — не хищником, не повелителем, а просто мужчиной, потерянным и напуганным. Его ладони, все еще дрожащие, обхватили ее лицо с невероятной, пронзительной нежностью. Большие пальцы скользнули по скулам, стирая слезы, которые Ария сама не заметила.

— Я не заслуживаю тебя, — прошептал он, и в этом надтреснутом шепоте было столько раскаяния и боли, что сердце Арии разорвалось на миллион осколков. — Ты — свет, Ария. А я — тьма, которая этот свет поглощает.

— Не тебе решать, кого я выбираю, — ответила она, обвивая руками его шею и притягивая к себе. — Ты, кажется, хотел, чтобы я осталась по своей воле? Так вот мое решение, мой король.

И он поцеловал ее. Это был не тот поцелуй-приказ, не тот грубый и собственнический захват, к которому она привыкла. Этот поцелуй был совсем другим. Отчаянным. Голодным. Глубоким. Как будто она была последним глотком воды в бесконечной, выжженной солнцем пустыне. Как будто он верил, что она может исчезнуть, испариться утренним туманом, если он позволит себе разомкнуть губы хоть на мгновение. Его язык сплетался с ее языком в безумном, жарком танце, и в этом танце не было власти и подчинения, была только общая, разделенная на двоих страсть.

Ария ответила со всем пылом, на который была способна. Губами, языком, всем своим телом. Она еще сильнее прижалась к нему, чувствуя, как бешено колотится его сердце напротив ее собственного, как его руки, словно обезумев, лихорадочно скользят вниз по ее спине, обхватывают ягодицы, поднимают ее, подсаживая. Она ожидала почувствовать холод мрамора стола, но вместо этого спиной ощутила неровную поверхность книг, которые посыпались на пол каскадом, когда он одним нетерпеливым, сметающим движением руки сбросил их на пол. Ария охнула и чуть не упала, но он удержал ее, встав между ее разведенных ног, крепко фиксируя ее бедра на стопке фолиантов.

— Останься, — выдохнул он в пространство между их губами. Это слово прозвучало совсем по-другому, не так, как обычно.

Ария замерла. Ее тело, горевшее секунду назад, превратилось в натянутую струну.

— Что? — переспросила она, боясь поверить. Это было больше похоже на сон, чем на реальность.

— Останься со мной по своей воле, — повторил он, отстраняясь ровно настолько, чтобы она могла видеть его лицо, его глаза — алые, пылающие, но при этом полные такой неприкрытой уязвимости, что у нее перехватило дыхание. — Хотя бы на эту ночь. Только на одну эту ночь. Не потому, что я приказал тебе и ты связана магией. Не потому, что ритуал требует твоего присутствия и близости. Не потому, что ты боишься меня и последствий. А просто потому, что ты… хочешь. Сама. Меня.