Книга Сердце ледяного ворона, страница 107 – Наталья Тудаль

Мой холод внутри меня не был просто силой. Он был памятью. Памятью о любви, которая его родила.

— Нет, — сказал я. И это было не громко. Но это было окончательно.

Рука Бьорна медленно опустилась. Его лицо не исказилось от гнева. На нем появилось выражение… сожаления. Глубокого, бездонного сожаления.

— Какая жалость, — прошептал он. — Такая сила… и такая же слепота, как у твоей матери. Ты выбираешь путь сопротивления. Путь страдания. Ты не понимаешь, что, сражаясь со мной, ты сражаешься с самой судьбой.

Зеленый свет в его глазах вспыхнул с новой силой. Лед вокруг него зашевелился, зазвенел.

— Если ты не хочешь разделить со мной трон, — голос Бьорна снова обрел стальную властность, — то ты разделишь с ней участь.

Он указал на кристалл с Фрейей.

— Я предлагал тебе мир. Ты выбрал войну. Что ж, сын мой. Покажи мне, на что способна твоя новая ясность против моей тысячелетней мощи.

Ледяные стражи по бокам трона ожили, повернув к нам свои безликие маски. Воздух наполнился гулом нарастающей мощи.

Идеологический поединок был окончен. Теперь начиналась битва. И я знал, что это будет битва не только за тело моей матери, но и за саму душу Хеймгарда.

(ЭЛИРА)

Ледяной пол под ногами содрогнулся от далекого, но мощного удара, донесшегося из глубины цитадели. Пыль с ледяных сталактитов посыпалась нам на головы. Лианна вздрогнула, сильнее вцепившись в мой рукав.

— Это началось, — прошептала она, и в ее голосе был ужас, смешанный с облегчением. Альрик дал о себе знать.

Я кивнула, не отрывая взгляда от сияющего шнура, что тянулся из сердца Фрейи. Каждый удар оттуда отзывался в нем болезненной вибрацией. Бьорн использовал ее силу в бою против собственного сына. Цинизм и жестокость этого были за гранью моего понимания.

Мое внутреннее зрение, настроенное на изъяны, сканировало точку соединения. Да, она была напряжена до предела. Но я ошиблась, думая, что ее может аккуратно перерезать только Альрик. Увидев ее вблизи, я поняла — это не просто узел. Это сложнейшее заклятье, вплетенное в самую суть ее существа. Оно было как раковая опухоль, пустившая метастазы в душу. Хирургическое вмешательство, даже самым чистым льдом, убило бы ее. Нужно было не резать. Нужно было выжечь. Локально. Точечно. Уничтожить саму структуру заклятья в точке его наибольшей уязвимости.

И для этого у меня было одно, единственное оружие.

— Лианна, — сказала я тихо, мой голос прозвучал отрешенно в гробовой тишине камеры. — Отойди. Как можно дальше. И не смотри прямо на меня.

— Что? Почему? Что ты собираешься делать?

— То, ради чего я и пришла, — ответила я, уже обращаясь внутрь себя.

Туда, где в ледяной темнице покоилась «Слеза Солнца». Та самая, невероятно плотная, черная от поглощенного света, частица моего бывшего «я». Я потянулась к ней мысленно. Она была холодной. Абсолютно. Холоднее всего, что я когда-либо чувствовала. Но в этой темноте и холоде таилась мощь, способная на чудо. Или на убийство.

Я не стала извлекать ее всю. Это было бы самоубийством и уничтожило бы все вокруг в радиусе мили. Мне нужна была лишь искра. Капля.

Я сосредоточилась, направляя свою волю. Это было невероятно трудно. Как пытаться отломить кусочек от алмаза голыми руками. «Слеза» сопротивлялась, ее целостность была частью ее мощи. Но я была ее хозяйкой. Я создала ее. И теперь я приказывала ей поделиться крохой своей силы.