Книга Сердце ледяного ворона, страница 26 – Наталья Тудаль

Шаг за шагом, предмет за предметом, я начала отмечать эту ледяную пустыню как свою территорию. Это было смехотворно мало. Капля в море. Но это было действие. Сопротивление.

Лианна, видя мою решимость, принялась помогать мне. Мы развесили платья, расставили безделушки. Комната не стала теплее. Лед на стенах не растаял. Но постепенно, по мере того как знакомые вещи занимали свои места, острая, режущая тоска по дому начала немного отступать, сменяясь усталой решимостью.

Когда мы закончили, я снова села у камина. Мои вещи, такие чуждые этому месту, выглядели одновременно одиноко и вызывающе. Как знамена, водруженные на завоеванной, но враждебной земле.

Я посмотрела на свое отражение в маленьком зеркальце. Бледное лицо, большие глаза, в которых читалась усталость, но также и упрямство.

— Это моя комната, Лианна, — повторила я, больше для себя, чем для нее. — И я выживу здесь.

(АЛЬРИК)

Я стоял в тени за массивной спинкой Ледяного Трона, наблюдая, как зал наполняется. Холодное, безразличное эхо шагов по гладкому льду пола, приглушенный гул голосов. Фростигард готовился к представлению. Не к празднику. К смотру. К оценке нового… актива.

Отец восседал на троне, высеченном из цельного монолита черного льда, возрастом в тысячу лет. В его руке — тяжелый скипетр из моржового клыка, увенчанный застывшим в вечном льду глазом Хримтурса, первого вожака наших снежных волков. Его поза была расслабленной, но каждый мускул, каждый взгляд был оружием. Он смотрел на толпу придворных, собравшихся в зале, и я видел, как они съеживаются под этим взглядом. Он был не просто ярлом. Он был центром этой ледяной вселенной, ее безусловным властелином.

И сегодня он должен был оценить новую переменную в своем уравнении власти.

Двери в конце зала распахнулись. В проеме возникла она.

Элира.

Она шла по длинной аллее, ведущей к трону, одна. Я приказал Лианне остаться в покоях. Это испытание принцесса должна была пройти сама. Она была облачена в одно из тех бесполезных южных платьев — синее, цвета зимнего неба, с золотой вышивкой. Оно выглядело здесь, в Зале Ледяного Сердца, как тропическая бабочка, залетевшая в пещеру медведя. Но она держалась с проклятым достоинством, подняв подбородок, ее шаги были твердыми, несмотря на то, что все ее существо, должно быть, кричало от холода.

Она приблизилась к трону и совершила реверанс. Неглубокий, как подобает принцессе, но безупречный. Я видел, как напряглись ее плечи.

— Отец, — я сделал шаг вперед, нарушая протокол. — Разреши представить принцессу Элиру Лансель из Соларии.

Бьорн медленно перевел на нее свой взгляд. Он не улыбнулся. Не кивнул. Он просто смотрел. Долгим, тяжелым, разглядывающим взглядом, который, казалось, сдирал с нее все слои — шелк, кожу, плоть — и видел ту самую слабость, что прячется в сердце каждого южанина.

— Принцесса, — наконец изрек он. Его голос был ровным, без тепла, как скольжение лезвия по льду. — Добро пожаловать в Фростигард. Надеюсь, ваше путешествие не было слишком… утомительным для столь хрупкого создания.

В его словах была шипастая насмешка. Зал замер, ловя каждое слово.

Элира выпрямилась. Ее лицо было бледным, но голос не дрогнул.

— Благодарю за гостеприимство, ярл Бьорн. Путешествие было поучительным.