Книга Оковы Гарпии, страница 40 – Катерина Траум

Анджей улыбнулся: не потому что смешно, а потому что заразительно до ужаса. И чувство при взгляде на хихикающую Габриэллу было такое, словно у самого щекочет в животе.

А может, фильм не так уж и плох? Как комедия.

— Черт, эти ребята точно не на курорт приехали? — продолжила Габи разносить дырявый сюжет и сама подалась чуть ближе к Анджею, наклонившись для шепотка: — У него с собой мячик и перчатка? Серьезно?

— Жаль, биту не дали — неплохой бы вышел бейсбольный матч, — приглушив голос до минимума, чтобы слышала только она, поддержал ее порыв Анджей.

Она снова прыснула со смеху, но уже предусмотрительно в кулак, и протянула ему кулек с орешками. Поколебавшись меньше пары секунд, он осторожно взял парочку и кинул в рот.

— Я, может, лично нацистов никогда не видела… Но если бы они впрямь были такими добренькими простофилями, вряд ли бы вообще началась Вторая мировая, — заметила Габи, приятно удивив способностью рассуждать и делать выводы.

Не такая уж она легкомысленная особа.

— Поверь, эти твари были куда умнее, злее и кровожаднее, — кивнул Анджей. — И точно не устраивали людям общежития с мягкими матрасами. Просто картина — дерьмо, призванное восхвалять находчивых американских офицеров.

— Да-а, это вам не Бёрт Ланкастер, — согласно протянула Габи, кивнув на главного героя, играющего мячиком перед носом надсмотрщика.

— Помнишь его капитана Валло? — без особой надежды спросил Анджей, для общего вида продолжая наблюдать за происходящим на экране, но на деле полностью занявшись интересным разговором.

— «Красный корсар», боже! — едва не подпрыгнула на сиденье Габи, и на нее снова зашикали сзади. — Ой, простите… Валло, ох, как я его обожала в детстве! Такая сказка… Я мечтала, что мой папа тоже бравый корсар, и однажды он вернется, заберет меня и…

Она осеклась и резко замолчала — даже в темноте было видно, как щеки ее вспыхнули румянцем внезапного откровения. Анджей едва удержался от того, чтобы не коснуться их кончиками пальцев — не сказать, как сильно у него отзывались подобные эмоции при просмотре старых добрых фильмов, погружающих в сказку. Фильмы прошлого десятилетия не прикрывались реалистичностью событий, зато создавали место, куда всем можно сбежать от тягот послевоенного времени.

— Каждый ребенок в сиротском приюте мечтал, чтобы Бёрт Ланкастер был его отцом, пришел и забрал на свой пиратский корабль, — только и прошептал он с толикой горечи.

Анджей знал, кто его отец. Тот самый презренный нацист, пусть и абсолютно не виноватый в том, что его призвали и напялили черную форму солдата CC. В ней же и закопали, в какой-нибудь братской могиле.

— Иногда мне кажется, что лучше бы я росла в приюте, — пробормотала Габи, откинувшись обратно на сиденье. — Чем дочерью Гарпии…

— Вряд ли бы тебе понравилось, — мрачно усмехнулся Анджей. — Там не дают горячее какао на ночь.

Она внимательно на него посмотрела — почему-то в этот момент не было никакого сомнения, что с глубоким пониманием его слов. При живой матери она не меньшая сирота, чем он. При всей диаметральной разнице их жизней казалось, что угоди Габриэлла в такое место, через которое прошел Анджей, и из нее выросла бы еще одна Элен Паттерс, способная стрелять людям в лица и сбрасывать бомбы на головы.

Похоже, человечеству очень повезло, что этой внешне невинной девочке не пришлось бороться за выживание и кусок хлеба.