Книга Оковы Гарпии, страница 52 – Катерина Траум

Закончив рассказ, Габи с аппетитом принялась уминать содержимое своей тарелки — не держа спину, как леди, совершенно простецки. Так ели дети в приюте — скорее запихнуть в себя побольше. Разве что локтями не закрывала блюдо, чтобы никто не утащил кусок — но таких привычек ей приобрести было неоткуда.

Её неподдельный энтузиазм хотелось поддержать. Анджей наконец-таки попробовал первую ложку рагу и замер. На языке словно заплясали карнавал дикие сочетания вкусов: сладкое и пряное, травянисто-свежее и чуть острое. Он сглотнул, и Габи улыбнулась его явно шокированному выражению лица и спешке, с которой он нырнул в тарелку ложкой снова.

— Я же говорила! — она между дел запила еду глотком лагера. — Шаная готовит, как настоящая богиня, так что это место — и впрямь «Сварга».

— Это… необычно, — нашел определение Анджей. — Но и правда, вкусно.

— Значит, за помощь с Фолтеном я точно расплатилась.

Несколько минут за столиком царила тишина, пока с аппетитом поглощалось великолепное блюдо. Закончив первой, Габи, как ребенок, облизала ложку. Она и впрямь тут была как дома — даже, скорее, намного более свободной, чем в чопорном особняке Хэмпстед-Гарден. Кто бы мог подумать?

— Я одного никак не могу понять, — вздохнул Анджей, наблюдая за ней с возрастающим интересом. — Ты ведь не плохой человек. И далеко не глупый. Так какого черта ты продолжаешь эту бестолковую войну с Элен? Зачем было в воскресенье устраивать все это представление и дурить мне голову…

— У меня и правда…

— Болел живот? — Анджей закатил глаза и отодвинул от себя пустую тарелку. — Да с любовью к подобной кухне ты явно крепче, чем хочешь казаться. Ты не могла не понимать, что обман быстро раскроется, и что Элен будет в ярости. Ты ничего не добилась кроме того, что вывела ее на очередную ссору. А значит… цель была другая.

— Не было никакой цели, — невинно похлопала ресницами Габи и последним глотком осушила бокал. — Выключи уже параноика, доберман. И начни спать ночами: я слышу, как ты слоняешься по коридорам. Думаешь, сбегу под покровом ночи?

— Думаю, у тебя бы вполне хватило на это безумия.

— Считаешь меня чокнутой избалованной дурой?

Она наклонила набок голову, с очевидной насмешкой ожидая его ответа. Большие карие глаза хмельно сверкали, а ногти застучали по столику. Звук раздражал, и Анджей непроизвольно накрыл ее пальцы своими, чтобы она прекратила — но Габи замерла, явно истолковав жест не так, как следовало.

Однако ладонь не убрала, и по венам заструилось новое, сладкое тепло.

— Считаю, что воскресным вечером в доме были непрошенные гости, — прошептал Анджей глухо, не моргая глядя в ошеломленное личико Бэмби. — Но не могу этого доказать. Интересно, тебя не мучает совесть за Нору и ее дочь? Ты помогла поднять бизнес мигрантке-уборщице, когда только заканчивала гимназию. Но твою домработницу из-за твоих фокусов чуть было не сбила машина, и тебе совершенно наплевать?

Он чувствовал, что в его тон прорезалась угроза — выплывало наружу все подавленное раздражение последних дней. Злость на себя за проявленный идиотизм и излишнее доверие к ней и понимание, что каждую ее эмоцию, которую видит перед собой, нужно разделять на два и подвергать сомнению. Его пальцы сами собой сомкнулись на тонком девичьем запястье, и теперь это было требование ответа, а вовсе не милый жест.