Книга Развод в 445. Скандальная история, страница 84 – Лина Леманн

— Тебе не страшно?

— Ни капли! — выдала слишком резко, слишком поспешно.

— Это хорошо. Я могу тебя обнять?

— Зачем? — нахмурилась я. Валериан выглядел как человек, ступающий по тонкому льду. И я вместе с ним. Его пронзительный взгляд не позволял уйти на берег, в безопасность, но и тонуть я не хотела. Пока все не будет решено, я не могу позволить эмоциям взять вверх.

— Потому что хочу. — Кошачья улыбка тронула мужские губы.

Тело отозвалось мурашками.

— Извини, нет, — я выдохнула. Вот и сказала. Это было не слишком сложно.

Потому что я не могла себе этого позволить.

— Ты хочешь знать, что я все время делал в столице? — спросил Валериан в лоб.

— Это имеет отношение к расследованию? К куполу?

— Не совсем.

— Тогда нет, — я не дала ему договорить. — Лучше давай спать. Я очень устала.

— Хорошо. Не буду с тобой спорить. Спокойной ночи, Эйбиалль.

— Спокойной ночи, Валериан.

Вампир шутливо поклонился и покинул спальню.

А я до рассвета не могла сомкнуть глаз, терзаясь от сомнений.

Утро наступило тяжёлым, серым светом. Я нехотя встала, привела себя в порядок и пошла вниз: у нас назначено совместное заседание на счет дел Скайглора.

С первого мгновения я поняла, что обстановка изменилась. Грезелла уже была в помещении, как и Камил с Кассианом и Валерианом. Еще должен был прийти поверенный, который опаздывал. Обычно на свекрови хорошо выглаженное платье, но сейчас она выглядела неряшливо.

Она шагала по комнате, громко цокая каблуками, туда-сюда, как загнанный зверь, то и дело взбивала и без того взъерошенные седые волосы и вдруг произнесла:

— Завтра все должны носить знаки своей преданности Гнезду. И те, кто не покажет полной готовности, будут лишены доступа к ресурсам. Логично — порядок не терпит хаоса.

Мы замерли, пытаясь понять смысл. На первый взгляд, слова казались абсурдными: «знаки преданности», «лишение ресурсов» — но у Грезеллы всегда была своя внутренняя логика, непонятная большинству. Теперь она переходила через мыслимые границы.

Кассиан даже не пытался ее остановить, позволяя нам “наслаждаться” зрелищем.

Валериан как обычно сел в тени, наблюдая за каждым движением.

Грезелла вещала о новых правилах в Гнезде, где каждое было абсурднее предыдущего: носить синее белье, танцевать только чечетку на балах и ничего больше, высылать приглашения в гости с пометкой, что вас там не хотят видеть.

— Кажется, нам предстоит длинный день, — тихо заметил Камил. — Процедура проверки должна быть завершена.

А я только убеждалась: купол очень скверно влиял на Грезеллу. И Кассиан ничего с этим не делал. Видимо, он действительно любит не столько мать, сколько Гнездо.

И все эти факты делили очевидным главное: если не начать что-то действовать, нам конец.

Грезелла шла по коридору ратуши медленно, с раздражением цокая каблуками. Каждое её движение казалось напряжённым, рваным, будто она пыталась держать себя в руках, но магия купола постепенно вытягивала из неё силу, словно невидимая рука обхватывала каждую мышцу и сухожилие. Я наблюдала.

Свекровь весь день дурила все больше, а к вечеру у нее резко пробудилось сознание.

— Эйби, зайди ко мне, пожалуйста, — попросила она неожиданно спокойно.

Я не поверила, что Грезелла снова в добром здравии. Глаза выдали: в них по-прежнему читалось презрение ко мне.