Книга Ненужная жена дракона. Колокольня его лживых клятв, страница 16 – Лилия Тимолаева

Дарион сделал движение одновременно со мной. Наши руки встретились над краем Брачной книги, но не коснулись. Между пальцами оставалось несколько вершков, и это расстояние вдруг вместило весь наш брак: близко, мучительно близко, но уже нельзя просто протянуть руку, как раньше.

— Оставь, — сказал он.

Я посмотрела на него.

— Почему? Оно же больше ничего не значит.

Его лицо изменилось. Едва. Но я попала туда, где всё ещё было больно.

— Таисса…

— Не надо произносить моё имя так, будто ты вспомнил его после колокола.

Он замолчал.

Я взяла кольцо сама. Металл лёг в ладонь тёплым, хотя я ожидала холода. На миг в Брачной книге под нашими именами вспыхнула тонкая золотая черта. Я сжала кольцо в кулаке, не надевая. Не его жена у его плеча. Но и не пустая строка в протоколе.

Кассара следила за этим с таким вниманием, что я почти почувствовала её взгляд на своих пальцах.

— Вам лучше передать кольцо Палате, — сказала она. — Чтобы избежать нового отклика.

Я посмотрела на неё и впервые за вечер позволила себе улыбнуться. Не весело. Не с вызовом, от которого потом легко сделать женщину виноватой. Спокойно.

— Если оно вас пугает, леди Норт, значит, ему стоит остаться у меня.

Её глаза стали светлее от злости, но голос не дрогнул.

— Меня пугает не кольцо. Меня пугает то, как быстро личная обида может стать угрозой для целого рода.

— Чужого рода? — спросила я. — Или уже вашего?

Дарион резко сказал:

— Хватит.

На этот раз я не ответила. Не потому, что он приказал. Просто поняла: слова с Кассарой ничего не решат. Она умела играть перед залом, и каждый новый обмен давал ей возможность снова выставить меня обиженной. Если я хотела выжить в этой истории, мне нужно было научиться выбирать не только фразы, но и молчание. Не то молчание, которое мне навязывали, а своё. Тяжёлое, осознанное, сохраняющее силы.

Бран дал знак стражам.

— Леди Орвен-Грант, следуйте за ними.

Я повернулась к выходу.

И вот тут стало трудно.

Не в момент обвинений. Не когда Дарион называл наш брак ошибкой. Не когда я снимала кольцо. Тогда вокруг было слишком много чужих глаз, и гордость держала меня за плечи крепче любого корсета. А теперь, когда решение принято, когда зал расступался передо мной, когда за спиной оставались книга, муж, соперница и люди, запомнившие каждую складку моего лица, мне нужно было идти.

Просто идти.

Не оглянуться на Дариона первой. Не посмотреть, останется ли Кассара у его плеча. Не проверить, кто шепчет, кто сочувствует, кто злорадствует. Не дать им увидеть, что ноги стали чужими.

Я прошла по кругам печатей. Свет под ними уже гас, но некоторые линии продолжали тянуться ко мне, как тонкие золотые жилки в камне. У дверей я всё же остановилась. Не по слабости. По необходимости.

— Лорд Рихтер, — сказала я, не оборачиваясь полностью. — Если утром колокольня меня примет, вы продолжите обряд развода?

В зале снова стало тихо.

Бран ответил не сразу.

— Утром Палата будет действовать по закону.

Я повернула голову.

— Сегодня вы тоже так говорили.

Его лицо застыло.

Дарион стоял у стола и смотрел на меня. Впервые Кассара находилась рядом с ним, но не занимала всё пространство между нами. Брачная книга лежала открытая, моё имя светилось на странице, а над ним дрожал золотой узел, не желавший распадаться.