Книга Я на тебе (никогда не) женюсь, страница 128 – Анна Рейнс

— Значит, месяц, — тихо произносит Дэлмар мне на ухо, когда выходим из кабинета.

— Кажется, он станет самым долгим в моей жизни.

Из меня вырывается сдавленный смешок.

— Это так кажется. Дел у нас столько, что и не заметим, как пролетит.

— Придется нам как-то втискиваться в плотный график друг друга. Как насчет тренировок по утрам? Позволишь присоединиться?

— Хорошая идея, — соглашаюсь я.

Идея и правда оказывается хорошей. И в то же время ужасной. Его руки направляют меня и в то же время бесстыдно лапают. Ловлю на себе взгляд Дэлмара в отражении зеркала, и внутри все плавится.

— Кто так держит спину, любимая? — проникновенно говорит он, проводя пальцами по позвоночнику вниз. Слегка задевает метку, и меня точно молнией пронзает.

Шумно выдыхаю, закусываю губу.

Резко разворачиваюсь и делаю подсечку. Сама не знаю, как удается повалить его на маты.

— Упс, кажется, кто-то отвлекся, — довольно говорю я, усаживаясь на нем поудобнее.

— Вот это ты меня подловила, — на его губах появляется широкая улыбка. А я начинаю сомневаться, что он действительно пропустил атаку. Особенно учитывая, как его руки скользят на мои бедра, удерживая их на месте. Прижимают к себе.

Я сама наклоняюсь, целую его. Тренировка идет насмарку — через час я выхожу из зала красная, растрепанная и разгоряченная совсем не схваткой. И это только утро первого дня из тридцати!

Боги... месяц и правда обещает быть долгим.

И каждую его свободную минуту мы проводим вместе. Несколько раз выбираемся в свет, и мне не по себе от того количества женских взглядов, что постоянно провожают нас. Грусть, зависть, иногда даже ревность... некоторые пускают слухи, что до свадьбы дело так и не дойдет, а генерал просто играет со мной.

Где-то глубоко внутри меня сидит ревность, тлеет точно угли. Но я уверена в Дэлмаре. Он ни на секунду не дает усомниться, что любит меня. И других женщин для него не существует. Поэтому я успокаиваюсь. Потом и вовсе перестаю обращать внимание. Нужно самой решать, куда оно направлено, а не позволять контролировать это другим.

Подготовка к свадьбе идет полным ходом.

И вот, месяц спустя, наступает тот самый день.

На мне белое платье, мерцающее в свете храмовых свечей. Шлейф тянется за мной на целый метр. Плечи обнажены, из-за чего часть метки выглядывает из-под ткани. Я иду вдоль прохода под руку с отцом. Предвкушаю момент, когда Дэлмар меня увидит. И сама жадно впитываю взглядом его фигуру.

В груди тесно. С губ не сходит улыбка. Во мне нет ни страхов, ни сомнений — чувствую себя абсолютно счастливой.

Подхожу к алтарю, и Дэлмар оборачивается. У меня сердце замирает от его красоты. Его жадный взгляд поглощает меня всю — от макушки до туфель, выглядывающих из-под подола.

— Ты — само совершенство, Аллисандра, — говорит он, слегка наклоняясь ко мне. — Никого красивее в жизни не видел.

— Подумать только, всего несколько месяцев назад ты снял меня с позорного столба. И где мы теперь? — сдавленно смеюсь я.

— Поверь, даже там я не мог от тебя глаз отвести, — на его губах легкая улыбка, глаза блестят. — Я приготовил для тебя кое-что.

Это старая традиция Сарендала. В день свадьбы молодожены дарят друг другу подарки. Нечто значимое — то, что всегда будет напоминать об этом дне. Дэлмар машет рукой, и к алтарю выходит слуга. На атласной подушке лежит мой подарок — ожерелье из белого золота, бриллиантов и сапфиров. Пара к браслету, что стал моим трофеем в лесу.