Книга Дневники фаворитки, страница 187 – Татьяна Абалова

— Не надо зеркалами. Я был в городе, где живет леди Шер, и открою портал в их храм. Надеюсь, пески окончательно не засыпали его.

* * *

За стенами храма гудел ветер, а в стекла била мелкая пыль. Оказавшись перед алтарем, за которым застыли фигуры двенадцати богов, Соня затравленно огляделась. Чудилось, что некая сила, не признающая богов, пытается ворваться в их обитель, а потому столь яростно сотрясаются двери.

— Дети мои, — служитель храма, появившийся точно из-под земли, распростер руки — в этом жесте читалось и приглашение встать на колени, дабы пригнуться перед могуществом богов, и вопрос, какими судьбами гости забрели в самый окраинный храм королевства. — Все ли у вас хорошо? И что привело на край земли?

Эрли первый опустился на колени и склонил голову — хочешь что-либо узнать, выполни желание собеседника. Соня последовала за ним с неохотой. Ей было трудно даже самой себе объяснить, почему она с таким нежеланием заглядывает в любой из храмов, даже в родной на горе Сипун, что уж говорить про прочие. Она шла в храмы понукаемая Радуцей, и почти не испытывая при этом трепета. А после того, как выяснилось, что боги наслали Волну на людей и драконов, желая проучить всего лишь одного короля, Софья и вовсе винила их в жестокости и несправедливости. Стоило представить, как измученная Милена, придерживая стянутый простынями живот, тащится по темному подземелью, а на нее обрушивается немилосердная Волна, так и вовсе хотелось кричать: «Да, я чужая! И выжила не благодаря вам, а вопреки!».

В общем, у Софийки Вежанской были свои счеты к богам, а потому она, вставая на колени, злилась.

— Спасибо, отец. Мы пребываем в благополучии, — Эрли говорил мягко. Ему тоже не доставляло удовольствия отчитываться перед сверлящим настороженным взглядом священником. И дернуло открыть портал именно сюда? — А заглянули мы к вам узнать, где находится дом леди Шер. Вы же всех своих прихожан знаете в лицо?

— Зачем вам понадобились изгнанницы? — еще больше озаботился святой отец.

Софья едва не переспросила «Изгнанницы?», удивляясь что о бывшей фаворитке Таллена священник говорит во множественном числе, но Эрли незаметно пнул ее башмак своим.

— Да, мы хотим навестить леди Шер и ее компаньонку. У нас для них прощальное письмо старой подруги. Прошу вас, отец, помолитесь о душе благородной и смелой леди Велицы, — в чашу для подношений перекочевал мешочек с вирами.

— В вечерней же молитве упомяну, — святой отец спрятал деньги в складках балахона. — Домик леди Шер и леди Фурдик сразу же за храмом.

Эрли вновь пнул Софью, предупреждая рвущийся из нее возглас. На этот раз священник заметил поступок гостя, но рассудил желание переспросить иначе:

— Не ошибетесь — у изгнанниц короля хоть какие-то цветы растут, у других прихожан голая земля. Здесь мало что приживается. И мало кто… Ах, вот еще! Не побрезгуйте! — из сундука у высокой кафедры извлекли два лоскута тонкой ткани. — Сегодня дует файзил, без накидки на лицо нельзя — песок сразу набьется в глаза и рот.

Произнес и задумался. Эрли не стал ждать, когда святой отец поинтересуется, а как, собственно, они сумели добраться до храма, не наглотавшись пыли, поэтому, намотав полупрозрачную ткань на лицо Сони, а потом себе, смело рванул дверь.