Книга Мой дорогой дневник, страница 10 – Татьяна Абалова

Я торопливо надела рубашку от сальвар-камиза и спустилась вниз.

Пора бы привыкнуть к тому, что бежать босиком по влажной плитке опасно, можно свернуть себе шею. Едва не лишившись важного атрибута индийских танцев, я рванула ручку двери и ворчливо произнесла:

— И чего тебе не спится?

За дверью стоял мужчина в военной форме. Улыбка медленно сходила с его лица.

Когда он поднял ладонь и закрыл ею глаза, я вспомнила, что моя рубашка сшита из тончайшего батиста и наверняка просвечивает на солнце.

— Ой! — Я захлопнула дверь перед носом незнакомца. Сердце стучало где-то во рту.

— Мисс Ильсия, — донесся до меня мягкий голос. — Я Санджай Датарайя. Маста Ирек попросил меня навестить вас и узнать, не нужна ли помощь.

— Досчитайте до десяти и заходите во двор, — прокричала я в ответ, отметив, что мужчина говорит на русском почти без акцента. — Я только переоденусь.

На счет шесть я уже добежала до спальни.

Скинув рубашку, запуталась в лямках лифчика и застегнула его не с первого раза. Надев сальвар-камиз из более плотной ткани, замерла у зеркала.

Мамочки, что у меня на голове? После вчерашнего плавания и сна на боку волосы с одной стороны стояли ирокезом, с другой напоминали куст перекати-поля.

Расческа драла волосы немилосердно.

Прежде чем появиться перед гостем, выглянула в окно, выходящее во двор. Мой визави стоял под деревом. Тень от листвы падала на его лицо, но я все равно разглядела, какой он симпатичный. Не очень высокого роста, но такой ладный и подтянутый, что я закомплексовала. Вспомнив Людкины слова «индусам нравятся полные», вздохнула и еще раз оправила рубашку, совсем чуть-чуть втянув живот.

«А какие у него глаза!» — За те несколько секунд, что я была от него на расстоянии вытянутой руки, память запечатлела и длинные ресницы, и соболиный блеск бровей и яркие как звезды глаза.

Чего-то меня понесло.

Еще немного и начну писать стихи.

Вернулась к зеркалу и подкрасила ресницы.

Так-то лучше, Джимми-Джимми, ача-ача.

Вниз спускалась леди. Неторопливый шаг, болливудская улыбка, протянутая для приветствия рука.

Ни смущения, ни оправданий.

— Ильсия. Можно просто Сия.

— Санджай Датарайя, можно просто Санджай, — с небольшим замешательством он пожал мне руку. — Вы завтракали?

Бабочки поселились в моем животе лишь от одного прикосновения мужчины.

— Сия? — Он поднял бровь, и в памяти мелькнуло, что это одно из шести положений бровей в танце. Кажется, так выражается счастье. Или тоска?

— Д-да?

— Пойдемте, позавтракаем?

— Пойдемте.

Он повернулся и направился к двери. Мой взгляд ощупал его всего, начиная от берета и коротко стриженных волос на затылке до… В общем, брюки на нем тоже сидели хорошо.

На улице нас ждала «Махиндра». Санджай открыл дверь джипа и подал руку.

Блин, ну как же ему идет пятнистая форма! И ладонь такая горячая.

— Куда мы едем? — спросила я, поняв, что мы свернули со знакомой дороги, ведущей в «Феникс».

— Завтракать, — просто ответил Санджай. — Я хочу показать вам особенности индийской утренней трапезы.

Мы двигались по тоннелю из сплетенных кронами деревьев. Лианы и пальмы росли так густо, что создавали полумрак. Я прочувствовала, как должно быть темно и влажно в настоящих джунглях.

— Это ботанический сад, — пояснил Санджай, не отрывая глаз от дороги, на которой царило оживленное движение. — А слева — знаменитый Центр медитации Ошо.