Книга Эльфийская магия, страница 101 – Елена Князева

Драко глубоко вздохнул, собираясь с духом. Он знал, что это будет непростой разговор. Люциус, несмотря на свою недавнюю перемену, все еще оставался Люциусом Малфоем, с его предрассудками и ожиданиями. Идея о том, что его единственный наследник влюбился в эльфийку, да еще и ждущую ребенка, могла вызвать бурю.

"Отец," – начал Драко, его голос дрожал, – "есть кое-что, что я должен тебе сказать. И тебе, мама." Нарцисса, стоявшая рядом с Люциусом, встревоженно посмотрела на сына. Она чувствовала, что надвигается что-то важное.

"Говори, Драко," – произнес Люциус, его голос был ровным, но в глазах читалось напряжение.

Драко перевел взгляд на Элару, ища в ней поддержки. Она ободряюще улыбнулась ему.

"Я… я люблю Элару," – выпалил он, – "и она беременна."

Тишина, последовавшая за этими словами, казалась оглушительной. Люциус застыл, словно статуя, его лицо окаменело. Нарцисса, напротив, бросилась к Эларе, обняв ее.

"О, Драко, это замечательно!" – воскликнула она, – "Я всегда хотела внуков! И Элара… она такая храбрая и сильная. Я рада, что ты выбрал ее."

Люциус, казалось, все еще не мог поверить в услышанное. Он медленно подошел к Драко и Эларе, его взгляд был полон противоречивых эмоций.

"Эльфийка?" – наконец произнес он, его голос был тихим и хриплым.

"Отец, она не просто эльфийка," – ответил Драко, – "Она спасла нас всех. Она предала Волан-де-Морта и помогла нам победить его. И я люблю ее."

Люциус долго смотрел на Элару, словно пытаясь разглядеть в ней что-то, чего раньше не замечал. Он видел в ней не просто эльфийку, а сильную, решительную женщину, которая пожертвовала всем ради любви и справедливости.

"Я… я понимаю," – пробормотал он, – "Если ты счастлив, Драко, то и я счастлив. И если она носит твоего ребенка, то она часть нашей семьи."

Элара почувствовала, как ее сердце наполняется теплом. Она знала, что принятие Люциуса было важным шагом на пути к новой жизни.

"Спасибо, Люциус," – сказала она, – "Я обещаю, что буду хорошей женой для Драко и хорошей матерью для нашего ребенка."

Люциус кивнул, и на его лице появилась слабая улыбка.

"Добро пожаловать в семью, Элара," – произнес он.

В этот момент Гарри, Рон и Гермиона подошли к ним.

"Поздравляю,

"Поздравляю, Драко, Элара!" – сказал Гарри, его голос звучал искренне. "Вы оба проявили невероятную храбрость. И то, что вы ждете ребенка… это прекрасная новость в такое трудное время."

Гермиона, как всегда, была полна практических соображений. "Нам нужно позаботиться о раненых, восстановить Хогвартс, а затем… затем нам предстоит долгий путь к восстановлению мира. Но с такими союзниками, как вы, я уверена, мы справимся."

Рон, с присущей ему прямотой, добавил: "Да уж, Элара, ты нас всех удивила. Кто бы мог подумать, что советница Темного Лорда окажется такой героиней! И еще и беременна от Малфоя… это просто невероятно!" Он рассмеялся, и его смех, хоть и немного нервный, разрядил напряжение.

Элара улыбнулась, чувствуя, как ее обнимает не только Драко, но и вся эта новая, неожиданная семья. Она посмотрела на Люциуса, который теперь стоял рядом с Нарциссой, наблюдая за ними с едва заметной улыбкой. В его глазах больше не было прежней холодности, только усталость и, возможно, гордость.

"Мы справимся," – повторила Элара, ее голос был полон решимости. "Мы построим новый мир. Мир, где такие, как мы, смогут быть вместе, где дети будут расти в безопасности, а не в страхе."

Драко крепче обнял ее. "Да, мы построим его вместе. И наш ребенок будет жить в этом мире."

В этот момент, когда последние отголоски битвы затихали, а первые лучи рассвета пробивались сквозь разбитые окна Хогвартса, Элара почувствовала не только облегчение от победы, но и глубокое чувство надежды. Ее предательство Волан-де-Морта, ее любовь к Драко, ее грядущее материнство – все это сплеталось в единое целое, обещая новое начало. Она была эльфийкой, которая изменила ход истории, и теперь ей предстояло стать матерью, которая поможет построить будущее. И она была готова к этому.