Книга Эльфийская магия, страница 64 – Елена Князева

"Я единственная эльфийка в мире, которая осталась," – произнесла она, ее голос был тихим, но в нем звучала сталь. "Элара Филопатор – это моя настоящая фамилия, а не Снейп. Я эльфийская чистокровка." Это было не просто откровение, это был вызов, попытка заставить его понять, кто она на самом деле, а не кем ее считали. Она была последней из своего рода, живым напоминанием о том, что было потеряно.

Драко смотрел на нее, пытаясь осмыслить услышанное. Эльфийская чистокровка. Последняя. Имя Снейп, которое он знал, было лишь маской, прикрытием для ее истинной сущности. Это объясняло многое – ее отчужденность, ее горечь, ее глубокую печаль. Он почувствовал новый прилив сочувствия, смешанного с тревогой. Как он мог помочь ей, когда сам был частью мира, который ее уничтожил?

"Элара," – снова начал он, его голос был мягче, чем когда-либо. Он хотел протянуть руку, но остановился, вспомнив свой страх причинить ей боль. "Я не могу изменить прошлое. Я не могу вернуть то, что было потеряно. Но я могу сказать тебе, что я вижу тебя. Я вижу твою боль. И я не хочу, чтобы ты была одна." Он сделал паузу, собираясь с духом, чтобы произнести слова, которые казались ему одновременно и нелепыми, и единственно верными. "Потому что я влюбился в тебя. Я не хочу потерять тебя."

Он осторожно, почти нерешительно, наклонился вперед. Его губы коснулись ее, сначала легко, как крыло бабочки, затем чуть увереннее, пытаясь передать всю глубину своих чувств, всю свою искренность. Это был поцелуй, полный раскаяния, надежды и нежности, поцелуй, который должен был стереть пропасть между ними, поцелуй, который говорил больше, чем любые слова. Он чувствовал, как ее тело напряглось на мгновение, а затем, к его удивлению, расслабилось. Ее губы ответили, робко, но с нарастающей теплотой. В этот момент, в тишине ночи, под мерцающими огнями Хогвартса, они оба нашли утешение в объятиях друг друга, в признании, которое было одновременно и хрупким, и невероятно сильным. Он чувствовал, как ее слезы перестали течь, и вместо них на его плечо легла ее голова. Он обнял ее крепче, стараясь передать ей всю свою защиту, всю свою любовь, надеясь, что это сможет хоть немного залечить раны прошлого. Он знал, что путь будет долгим, но в этот момент, держа ее в своих объятиях, он чувствовал, что готов пройти его вместе с ней, несмотря ни на что.

Так они досидели до рассвета на крыше Астрономической башни Хогвартс. Утренний воздух был прохладным, но их объятия дарили тепло, которого им обоим так не хватало. Лучи восходящего солнца окрасили небо в нежные оттенки розового и золотого, отражаясь в ее глазах, которые теперь смотрели на него с новой, робкой надеждой.

"Драко," – прошептала она, ее голос был хриплым от слез и бессонной ночи. "Наша любовь… она будет нашим секретом. Я боюсь, многие не поймут. Нам пора на завтрак в Большой зал, чтобы не пропустить уроки." Она слегка отстранилась, но ее рука все еще покоилась на его груди, словно не желая отпускать. "И Драко," – добавила она, ее взгляд стал чуть более игривым, – "не убирай свою прямую прическу. Она тебе идет."

Он кивнул, чувствуя, как тепло ее прикосновения разливается по всему телу. Слова о секрете были мудрыми, но в то же время болезненными. Он понимал, что их связь, такая хрупкая и драгоценная, может стать мишенью для тех, кто все еще цеплялся за старые обиды и предрассудки. Но сейчас, глядя в ее глаза, он видел не только прошлое, но и будущее, которое они могли построить вместе, шаг за шагом, преодолевая любые препятствия.