Книга Пятое время года, страница 113 – Анюта Соколова

— Значит, вы учитесь?

— Учусь, а по вечерам подрабатываю в ресторане. Мою посуду, помогаю официанткам. Родители присылают мне деньги, но они не догадываются, какая тут дороговизна, – Милли поёжилась. – И я не хочу у них на шее висеть, им ещё братиков поднимать. Мариша меня опекала. Она хорошая…

Тёмные глаза девушки влажно заблестели.

— Милли, у вашей подруги была опасная работа. Рано или поздно Мариша обязательно попала бы в неприятную историю. Для большинства мужчин танцовщица в ресторане ничем не лучше шлюхи.

— Я надеялась, господин Арье поймёт, какая Мариша замечательная, и женится на ней, – доверительно поделилась Милли. – Бывает же так: не любит, не любит, а потом привязывается и начинает ценить.

Сердце болезненно кольнуло.

— Бывает, – подтвердила я. – Иногда ты только через много лет понимаешь, что твои чувства и называются любовью.

Возможно, если бы я не выжила, у Рена и Мариши могло что-то получиться. Или нет. Рен не любил бойких вульгарных девиц, но наша полная несхожесть с Маришей могла стать решающим обстоятельством. А её безграничная любовь когда-нибудь залечила бы его раны. Сейчас же я глупо ревновала. Ужасное чувство, бессмысленное и запоздалое.

— Госпожа Арье! – позвала ведьма. – Подойдите, пожалуйста.

Милли громко ахнула. Я поспешила в комнату, и первое, что меня поджидало, – злобный взгляд Мариши. Только слабость не позволила девушке накинуться на меня с кулаками. Госпожа Стейша собирала баночки обратно в саквояж.

— Юной госпоже невероятно повезло. Все три ножевых удара не задели важных органов, я зашила раны и могу гарантировать, что её жизнь вне опасности. К сожалению, госпожа наотрез отказывается от дальнейшего наблюдения.

— Мне от тебя ничего не надо, – зло выплюнула Мариша, сжирая меня глазами. – Проваливай немедленно и ведьму свою забирай!

Госпожа Стейша невозмутимо затянула потуже повязку на груди девушки и повернулась к замершей на пороге Милли:

— Слушайте внимательно. Дня два необходимы просто покой и уход, будет действовать моя настойка. Пищу желательно жидкую, ничего острого, солёного, копчёного. Затем обязательно позовите нормального лекаря, а не коновала, который заливает раны сивухой. Иначе на всю жизнь останутся шрамы, искренне жаль такое красивое тело. Где можно вымыть руки?

— В-в-ванной, – Милли показала на дверь.

Ненависть Мариши ощущалась почти физически. Я с удовольствием вышла бы в прихожую, но квартирки-соты не предполагали подобной роскоши, комнату от коридора отделял только крошечный тамбур.

— Выкатывайся, – прохрипела Мариша. – Благодетельница выискалась! Чтоб ты в преисподнюю провалилась, вся из себя такая… бла-а-агородная!

— Рот закрой, – негромко сказала я. – Тебе разговаривать нельзя, раны вскроются. И работу смени, ради Богов! Плохо закончишь.

— Твоё какое дело?!

— Никакого, – пожала я плечами. – Привычка.

Госпожа Стейша вышла из ванной, с видом оскорблённой королевы облачилась в пальто, забрала свой саквояж и пошла к выходу. Я последовала за ней. Ведьма подождала меня и сердито заметила:

— И надо оно вам, госпожа Арье? Девица, которая крутит задницей перед пьяными мужиками, рано или поздно, как вы верно выразились, плохо закончит. Сегодня я её заштопала, завтра она помчится в свой кабак, где её дорежут!