Книга Хегг. (не) Злодей для шестой сестры, страница 109 – Лолита Моро

— Ты чего? — смущенно спросила я, когда его губы отклеились.

— Ничего, — проворчал он, поправляя воротник на моем платье, — я мокрый как мышь. Веди к себе, мне нужно согреться.

— Конечно-конечно, — заторопилась я и улыбнулась следующей мысли: — боюсь только, что тебе у меня не понравится.

— Там сухо? Тепло? — допрашивал капитан, быстро двигаясь по старинному каменному переходу в кампус.

— Это есть, — тихо блеяла я, несясь за ним вприпрыжку.

Хегг вошел в мои комнаты и огляделся. Я осталась стоять у двери, вертя в руках громадный ключ.

— Ты победила в конкурсе на самое убогое жилье?

Он усмехнулся и стал стягивать с себя китель. Мокрая ткань плохо сползала с широких плеч и груди мужчины. Я уцепилась за воротник и стала помогать. Пыхтела и старалась из всех сил. Мышцы красиво ходили под шкурой капитана. Вот только знаменитые его рисунки выглядели бледно.

— Как ты себя чувствуешь? — спросила я, когда френч мы совместными усилиями победили.

Хегг внимательно посмотрел на меня.

— Горячая вода есть у тебя? — он проигнорировал мой вопрос и развернул тему.

— Есть, — резковато ответила я.

Открыла дверь в ванную комнату.

— Между прочим, у меня фарфоровая ванная, а не деревянная бочка, как у некоторых! И горячая вода из крана бежит!

Я с гордостью пустила воду в ведвуджский санфаянс с васильками и ромашками.

— А откуда ты знаешь про бочку? — усмехнулся мужчина, — в утренних газетах писали?

Он повернулся ко мне спиной и стал стягивать сапоги и галифе. Его талия, и без того хорошо заметная, сделалась тоньше. Похудел?

— А как же! Например, рассказывали, что некоторые камердинеры греют воду своим господам горячими камнями, доставая их щипцами из камина.

— Что еще?

Он полез на мою заветную полочку с разными мыльными растворами и благоуханными настоями. Перебирал их небрежно, изредка откупоривал и нюхал. Я застыла в ужасе над своей драгоценной коллекцией: вдруг разобьет флакончик? Но Хегг пока справлялся. Я посмотрела на его обнаженную фигуру и вспомнила:

— Какая нога у тебя сломана?

— Рядом с тобой уже никакая. Ты подглядываешь за мной, Лилька?

Он прикрыл себя полотенцем целомудренно и обернулся. Неужели Хегг меня стесняется? Судя по состоянию белой ткани, про морской огурец упоминать глупо.

— Я тебе не Лилька, — проговорила я и отобрала из пальцев наглеца свой самый любимый аромат. Вода с ледника и голубой мох мертвого кедра.

Хегг неожиданно схватил зеленую склянку и потянул на себя. Я не сдалась, вцепилась насмерть. Мужчина дернул сильнее и отпустил. Я по инерции полетела в полную ванну. Брызги во все стороны. Я барахталась, никак не могла подняться. Промокла до последней шпильки. Флакончик свой потеряла где-то в глубине.

— Специально не придумаешь, — засмеялся капитан. Швырнул тряпку с бедер в угол и влез в белое корыто следом, — красота!

Он распластался снизу и обнял. Я улеглась к нему спиной и невольно улыбнулась. Когда эту ванну доставили вместо старого ржавого ужаса, я здорово удивилась, зачем мол такая глубокая? Нырять в нее, что ли? А вот надо же, пригодилась. Только длинноногий Хег не помещался немного, коленки торчали над водой. Вдруг рядом с ногой мужчины всплыла змеиная голова. Потерлась кошачьи о кожу и уставилась на меня внимательно. Потом тем же маневром появилась вторая.