Книга Ты моя Война, страница 127 – Селена Кросс

— Ты прекрасно слышал. — он поднял голову. — Ты погубишь Тессу. Наиграешься — выбросишь. Ты вообще не способен никого любить, Алекс. И именно поэтому я так просто не отступлю. Мне нравится Тесса. И, если помнишь, ты сам говорил, что она тебе безразлична. И это куда больше похоже на правду, чем твои дешёвые понты сейчас.

Я сжал кулаки так сильно, что почувствовал, как ногти впились в ладони.

— Крис, ты что блядь несёшь?! — не сдержался Джейкоб. — Тесса станет женой Алекса. Ты чё вообще удумал? Забудь.

Крис усмехнулся.

— А ты сам в это веришь? Он и с Изабеллой так говорил. Помолвка. Любовь. Семья. И чем это кончилось?

— Изабелла ему изменила. Бросила, когда он больше всего в ней нуждался.

— После того как он сам её прогнал. — парировал Крис. — Ты не знаешь и половины того, что было между ними. А я знаю. Потому что он отнял у меня женщину, которую я любил. А теперь решил увязаться за Тессой. Но знай, Алекс — я приложу максимум усилий, чтобы защитить эту девушку от тебя.

Он смотрел прямо мне в глаза. Говорил медленно, твёрдо. И я видел — он не блефует. У Криса давно ко мне счёты. А теперь появился повод.

— Твою ж мать… — выдохнул Джейкоб. — Это надо ж было вам вдвоём выбрать одну и ту же женщину. Дважды! Что с вами не так?!

Я продолжал сверлить Криса взглядом.

— Всё так. — процедил я. — Тесса будет моей. И точка. Сообщи мне, когда она вернётся. Я всё равно с ней поговорю. И, Крис… — я наклонился чуть вперёд. — Если ещё раз сунешься к ней — я тебя закопаю. Лично.

Джейкоб кивнул, а я, не дожидаясь ответа Криса, резко развернул кресло и покатил к выходу из кабинета.

Мне нужно было уйти. Остыть. Переварить всё, что сейчас вывалил Крис. Его обвинения. Его угрозы. Его болезненное прошлое. И эту его навязчивую тягу к женщинам, на которых я когда-то положил глаз.

Ты никого не любишь, Алекс.

Его слова звенели в голове. Пытались разодрать старые раны. Я сжал кулаки.

Я влюблён в Тессу, идиот. Влюблён так, как никого до неё. Просто не умею это показывать, как все нормальные люди.

Но я научусь. И не позволю Крису встать между нами.

Я ещё никогда не был так зол. Вкатившись в кабинет, я захлопнул дверь с такой силой, что со стены сдвинулся портрет отца. Глухой звук эхом отозвался в груди, но я его не услышал. Всё, что было во мне — это злость, ярость и эта поганая, жгучая беспомощность.

Я не мог пойти за ней. Не мог, чёрт возьми, просто встать, догнать, прижать к стене и сказать всё, что крутилось в голове. Привычное чувство бессилия сдавило грудь.

Я кинул взгляд на стол. Там всё ещё стояли цветы, те самые орхидеи, что я выбрал для неё сам. Стояли на столе, словно насмешка. Лепестки чуть обвяли, будто чувствовали, что их предназначение не выполнено. Рядом — коробка дорогого шоколада, перевязанная лентой.

Она их не взяла.

Захотелось сжечь к чертям эту дурацкую сентиментальность.

Такое ощущение, что по мне проехались катком. Может, ей всё это не нужно? Или я сам ей не нужен?

Но нет… Я видел её глаза, слышал её дыхание, ощущал, как она дрожит от одного моего прикосновения. Это не та игра, которую можно подделать. Между нами есть то самое безумное притяжение, которое заставляет кровь в жилах кипеть. Только одного влечения мне мало. Я хочу, чтобы она была одержима мной, чтобы онажила мною. Чтобы утром просыпалась с моим именем на губах, чтобы в мыслях у неё не было места для других. Чтоб она боялась потерять меня больше, чем воздух.