Книга Бывшие. Притворись моей женой, страница 73 – Татьяна Катаева

Дверь за ним хлопает, и тишина оглушает. Словно кто-то выдернул из розетки звук, свет и воздух одновременно. Я всё ещё стою у окна, обхватив себя за плечи, и чувствую, как колотится сердце.

Зачем ему это? Что за бред? Или он так мучает меня? Издевается?

Потому что это не просто показное фото на фоне ресторанов, а настоящая роспись. И сколько мы будем играть счастливых супругов? Пока смерть не разлучит нас?

— Назар, зачем ты это делаешь? — в голос с собой говорю.

Что же выбрать — мучения и деньги, или мучения и поиск этих же денег?

Господи… у меня ладони холодные, а мысли как мотыльки мечутся. Да и есть ли правильный ответ? Кажется, оба пути — в пропасть.

Я хватаю телефон. Пальцы дрожат так, что едва попадаю на значок вызова. Назар не берёт. Ни с первого, ни со второго раза. Слышу только длинные гудки, а внутри всё сильнее поднимается паника.

Зачем он меня тут оставил? Куда пошёл? Надолго?

Ох, выть хочется от безысходности.

Хожу по комнате кругами, как зверь в клетке. И как-то на автомате оказываюсь на кухне. Достаю сковородку, режу хлеб, овощи. Масло шкворчит, я обжигаю палец, вытираю о джинсы — и продолжаю.

Действия механические, запрограммированные, необдуманные. Просто мне надо что-то делать, а иначе я сойду с ума.

Готовлю так, будто это единственное, что удерживает меня от того, чтобы упасть и больше не встать.

Телефон оживает с маминой фоткой на дисплее. Я на секунду замираю, и только сейчас понимаю, что я у Назара на кухне готовлю ужин. Зашибись.

— Настя? — голос тревожный. — Ну как ты там, доченька? Где ты?

Я закрываю глаза.

— Мам, я… на работе. В кафе аврал, начальник попросил выйти помочь.

Сама слышу, как дрогнул голос. Мама верит — ей проще поверить, чем задавать вопросы.

— Ясно. У нас тут всё хорошо, не переживай. Машенька чувствует себя лучше, улыбается. Доктор заходил, тебя искал. Хотел поговорить.

Конечно искал. Ему нужно подтверждение с подписью на бумагах и денежный перевод. И лишь тогда для моей маленькой доченьки будут доступны реабилитация, дорогие препараты, отдельная палата. Сколько бы я ни работала, я не соберу и за десять лет этой суммы.

Вот оно — нет выхода. Я не могу не принять предложение Назара. Не могу рисковать Машиной жизнью. Ради неё я готова. Пусть хоть весь мир назовёт меня продажной. Пусть даже он.

Что мне снова его слова и обвинения? Было уже. Проходили. Исцелилась после них? Нет. Выжила? Да.

И в этот раз так будет.

— Мам, я завтра приеду, — выдыхаю тихо. — Целую Машеньку.

Мы прощаемся, я кладу телефон на стол. И тут же слышу звук замка. Дверь со скрипом открывается.

Сердце падает в пятки. Ноги замирают. Я точно знаю, что это он.

Мой любимый в прошлом. Мой палач сейчас. И мой муж в будущем.

— Ты буквально включилась в роль жены, — снимает он свою обувь и целенаправленно идёт ко мне, — не стоило напрягаться, я уже заказал еду из ресторана.

— Мне вовсе не тяжело... — запинаясь, говорю я. Слова срываются, и я не могу договорить, потому он замирает напротив моей спины. Он кладёт свои холодные руки мне на плечи и делает расслабляющие движения. Боже, мне тысячу лет никто не делал массаж. Но дело вовсе даже не в нём, а в самом Назаре. Он действует уверенно и целенаправленно, лишая меня элементарного — возможности дышать и думать.