Книга Заучка для Бунтаря, страница 48 – Екатерина Котлярова

За спиной тишина. Я чувствую взгляды одноклассниц на себе. Но стараюсь не зацикливаться на этом.

Когда на рот ложится рука, глуша вскрик, я стою на одной ноге, всовывая её в штанину.

— Держите эту тварь, — ледяным и собранным голосом велит Маша.

Несколько пар рук хватают меня за запястья и предплечья. Обе мои косы с силой натягивают. От дикой боли у меня на глазах наворачиваются слёзы. Я не могу сопротивляться, потому что каждое движение болью отдаётся в черепушке.

— Тащите её в спортзал, — велит Маша. — Хотя нет. Я сделаю это сама.

Девушка с силой дёргает меня назад. Идёт быстрым шагом. Мне не остаётся ничего иного, как быстро переставлять ноги, чтобы хоть немного облегчить боль в корнях волос. Я не вижу ничего. Не из-за слёз, а от ослепляющей боли.

В спортзале уже кто-то есть. Я слышу стук мяча.

Маша толкает меня на пол. Швыряет, как котёнка, которого собираются утопить, в воду.

Я падаю на пол, стёсываю руки и ноги. Загоняя занозы. Взвывая от боли.

— Снимите с неё футболку.

— Маша.

— Этих двоих уберите отсюда, — кому-то приказывает Маша.

Я пытаюсь сопротивляться, когда с меня с треском сдирают футболку. Отчаянно цепляюсь за тонкую преграду пальцами. Но руки поднимаются вверх, к голове, когда мои косички снова с силой сжимают.

Коже становится холодно. С меня стащили футболку. Сильный удар чем-то острым приходится под рёбра. Я падаю на пол, задыхаясь от боли. Мне кажется, что там что-то треснуло. Сломалось. Или это моя душа рассыпалась на осколки? Я не шевелюсь. Не дышу. Не могу. Нет на это никаких сил.

— Смотрите сюда. Вот, что будет с каждой уродиной, которая подойдёт к МОЕМУ Артура! Я каждую покалечу. Каждую. Он мой. Только мой. Ты поняла меня, тварь? — девушка дёргает меня за волосы наверх. — Поняла?

Я не шевелюсь. Не разлепляю губы. Мне уже всё безразлично. Всё.

— Молчишь? Ладно. Ножницы мне!

— Маш… Может, не стоит?

— Сейчас пойдёшь за Орловой и Жигловым, — выплёвывает девушка. — Молодец, Захарченко. Мне кажется, что волосы у этого чучела явно лишние. Нужно чуть укоротить.

Голове вдруг становится легко. Я снова падаю на пол, потому что мои косы остаются в руках Маши.

— Упс. Как неловко вышло. Немного криво. Нужно подровнять.

Дверь в спортзал открывается. Мой плывущий взгляд замирает на проёме. Я вижу Артура. Вижу того, по чьей причине я здесь оказалась. Того, кто за пять дней сломал меня окончательно. Превратил меня в настоящую сломанную игрушку. Как он того и хотел.

Я больше не выдерживаю. Проваливаюсь в спасательную темноту.

Ульяна

Месяц спустя

На полях тетради вывожу узоры. Я не слышу ни единого слова учительницы литературы, которая рассказывает про героев «Тихого Дона». Мои мысли, против воли возвращаются к тому ужасному дню, когда я очнулась в актовом зале в одном нижнем белье, с огромными синяками на теле и неровно обрезанными волосами. Одна. Спортзал был пуст. Я смогла дойти до раздевалки, позвонить маме и попросить её забрать меня.

Моя тихая и спокойная мамочка несколько раз ударила директора школы. И Ольгу Петровну, когда та заявила, что я сама напросилась. Я не имею понятия, что бы они сделали моей родительнице, если бы за её спиной не стоял пугающий мужчина со страшными глазами.

Мама забрала мои документы в тот же день. Следующие две недели я провел на больничном.