Книга Русская жена Горца. Развода не будет, страница 23 – Ольга Дашкова

И пусть только кто-нибудь попробует встать у нас на пути.

Полина

Утро началось со звонка Маши. Экран телефона светится в полутьме комнаты — на часах семь утра, но я уже не сплю. Сегодня день моей свадьбы, и волнение не дает покоя.

— Полька, привет! — голос подруги звучит взволнованно. — Ну как ты? Как настроение?

— Нормально, — отвечаю, хотя сердце колотится как бешеное. — Волнуюсь немного.

— Слушай, — Маша вздыхает, — я всю ночь думала... Может, не стоит торопиться? Ты же его неделю знаешь!

— Маш, мы уже это обсуждали.

— Но подумай! — в ее голосе слышится отчаяние. — Это же совсем другой мир, другие традиции. У них там все по-другому. Женщины должны слушаться мужей во всем, рожать детей, сидеть дома...

— Мирлан не такой, — перебиваю подругу.

— Все мужчины «не такие», пока не получат то, что хотят, — горько говорит она. — Полина, ты же умная девочка! Неужели не понимаешь, что это авантюра?

Молчу, сжимая телефон. Где-то в глубине души Машины слова отзываются эхом сомнений. Но когда вспоминаю Мирлана, его нежные руки, страстные поцелуи, то, как он смотрит на меня, — все сомнения исчезают.

— Я его люблю, — говорю тихо.

— А он тебя? — прямо спрашивает Маша. — Или ты просто красивая игрушка для него?

— Он меня любит! — почти кричу в трубку. — Маша, почему ты не можешь просто порадоваться за меня?

— Потому что боюсь за тебя, — искренне отвечает она. — Потому что не хочу, чтобы ты пострадала. Полина, если что-то пойдет не так, обещай: ты сразу вернешься. Билеты купи и сразу приезжай, если нужны деньги, я вышлю.

— Ничего не пойдет не так, — упрямо отвечаю.

После разговора настроение портится. Машины слова засели занозой в душе. А ведь я так хотела, чтобы она порадовалась за меня, поддержала. В дверь стучат. Входит Мирлан с подносом — чай, свежая выпечка, фрукты.

— Доброе утро, моя будущая жена, — он целует меня в лоб, и от этого простого жеста на сердце становится теплее.

— Доброе утро.

— Грустишь? — замечает он мое настроение.

— Немного. Говорила с подругой. Она... она не одобряет нашу свадьбу.

Мирлан садится на край кровати, берет мою руку.

— А что думает твоя подруга — это важно для тебя?

— Важно. Но не настолько, чтобы изменить решение.

— Хорошо, — он улыбается. — Потому что сегодня вечером ты станешь моей женой. Навсегда.

Навсегда. Это слово одновременно пугает и восхищает.

День проходит в приготовлениях. Мирлан весь день в разъездах — оформляет какие-то документы, встречается с имамом, решает организационные вопросы. А я остаюсь дома с его матерью и сестрой.

Зулейха-ханум холодна как всегда. Амина изображает дружелюбие, но я чувствую фальшь. Они не хотят этой свадьбы. И не стесняются мне об этом намекать.

— Платье уже готово, — сообщает Амина за обедом. — Мирлан заказывал его в лучшем салоне Махачкалы. Дорогое очень.

— Он не жалеет денег, — добавляет Зулейха-ханум с ноткой неодобрения. — Для русской тратится так, как для дагестанки не тратился.

Я краснею, но молчу. Что тут скажешь?

Вечером Мирлан приезжает с большой коробкой.

— Твое свадебное платье, — говорит, протягивая коробку.

Развязываю ленту дрожащими пальцами. Под слоями тонкой бумаги — потрясающе красивое белое платье. Шелк, кружева, вышивка серебром. Элегантное, но скромное — с длинными рукавами и закрытым вырезом.