Книга Анатомия нас, страница 126 – Амелия Лефэй

— Ты выглядишь как дерьмо. — Улыбнулась она.

— И ты тоже будешь, если продолжишь пить. — Улыбнулся я, садясь на стол рядом с ней.

— Мое поколение сделано из стали, ты же знаешь, когда я росла, в машинах не было ремней безопасности, в краске был свинец, люди курили и пили где хотели. — Она подняла бокал, как будто тост за золотые времена.

Закатив глаза, я сказал: — Ты когда-нибудь думала пойти в театр?

— Думала, — тихо сказала она, глядя на жидкость в руках. — Семья Эмерсонов хотела кого-то серьезного для своего драгоценного сына. Не какую-то вертихвостку, как они это называли. Моя мать была полна решимости, что я выйду замуж за Алистера Крейна Эмерсона любой ценой, а мой отец, ну, он посмотрел на меня и сказал то же, что я скажу тебе.

— И это?

— Ты журналист. Ты говоришь людям правду. Ты не позволяешь людям жить в фантазиях.

Я улыбнулся. — Я видел твой старый репортаж... ты была хороша.

— Я была лучшей. — Поправила она, кивая. — И ты пошел по моим стопам, ты был лучшим.

— Прошедшее время причиняет боль. — Я надулся, положив руку на сердце.

Она просто закатила глаза. — Как долго ты будешь убегать от кресла?

— Я не убегал. Я не мог вернуться раньше, затем работа по возвращению Уэса и Джейн не позволяла. Теперь, когда мы вместе... счастливы вместе.

— Так жить на мои деньги до конца жизни — твой план? — нахмурилась она, внимательно глядя на меня.

— На твои? Нет, никогда. — Я твердо сказал, отчасти шутя, придвигаясь ближе к ней. — На трастовые фонды и наследство, оставленное мне, — определенно.

— И Алисса Дейнс? Девочка, плачущая на твоей кухне? А что насчет них?

Это было похоже на то, как будто она окунула меня в ледяную воду. Взглянув на нее, она просто посмотрела на меня тем взглядом. Тем взглядом, когда казалось, что она смотрит сквозь меня и знает все, что у меня на уме.

— Ты всегда был мальчиком из состоятельной семьи. Ты всегда знал о своем наследстве. Я никогда не спрашивала тебя, что ты хочешь делать со своей жизнью, в основном потому, что была занята своей карьерой, но даже тогда ты выбрал быть журналистом. Ты никогда не пропускал ни дня, не опаздывал на встречи, иногда не спал и не ел из-за истории. Ты делал это, потому что был увлечен этим. Твоя любовь, и ты не можешь просто игнорировать это... но помни, твоя работа не только о тебе. Ты даешь голос таким людям, как Алисса. Не говори мне, что когда ты увидел Хизер, мысль не пришла тебе в голову, что у тебя есть история прямо здесь.

Хизер, должно быть, ее звали. Я даже не удосужился спросить. Поняв, почему она здесь, я знал, я мог использовать это. Сент-Джеймс против Сент-Джеймса. Она была молода, лучшая подруга Алиссы, это была та история, которая останется в новостях на дни... недели. Все могло начаться с этого.

— Ты видишь это, не так ли? — прошептала моя мать.

— Люди не хотят слушать бисексуального журналиста.

— Ты так самовлюблен. Я знала, что мне стоило завести еще одного ребенка. — Вздохнула она, качая головой. — Когда ты выйдешь в свой первый эфир, люди будут смотреть из простого любопытства. Один эфир — это все, что тебе нужно. Дело не в тебе, а в этих девушках, помни. Даже если зрители не смотрят тебя, другой новостной канал подхватит это. Социальные сети подхватят это.

Она была права.