Книга Мия. В Лабиринте, страница 141 – VIOLATOR, Devi Ant

— Ах ты хищница! — смеюсь я. Но малышка уже не прячется.

Продолжая исследовать мои пальцы, внезапно запрыгивает на ладонь.

Пальцами осязаю шелковистую шубку. Отмечаю яркую черную кисточку на белом хвостике.

— Наверное ты горностайка. Хвостик длинный и с черной кисточкой.

— По размеру больше похожа на ласку.

Аккуратно сжимаю грозный белый комочек и тяну из коробки. Стараюсь ее рассмотреть, пока она юрким тельцем извивается в руке и легонько цапает меня за пальцы. Подношу ее к ближе к лицу.

Интересно, почему именно этот зверек? Логичнее было подарить мне какую-нибудь птичку. По ассоциации с птицей-фениксом.

А эта неугомонная варежка тем временем молнией пробегает по моей руке и, вжикнув на диван, прячется за подушкой. Видимо в поисках норки.

— Где же тебя хранить? Ты такая маленькая, можешь же и потеряться. И чем тебя кормить? — сажусь на диван и заглядываю под подушку. И вновь этот любопытный взгляд. Исследует, но не убегает. Запрыгивает ко мне на колени и играет с пальцами. Подкладываю шелковую подушку, чтобы ей было удобнее.

— Человек, который доставил животное, привез специальную клетку и дал подробные инструкции. — На лице горничной столько серьезности, что без труда можно понять — теперь она в ответе за мою горностайку.

— А возраст этот человек не сказал?

— Восемь недель. — Чеканит по стойке смирно.

Опускаю взгляд на белую варежку, которая продолжает играть с моим пальцем.

— Да ты совсем манюнька.

Но та совершенно не согласна с таким уничижительным эпитетом. Обвившись вокруг моих пальцев, атакует их.

Смотрю на горничную.

— В Китае что-то означает ласка или горностай?

— Ласку называют одним из пяти бессмертных животных.

Тем временем малышка забирается в мою ладонь, кувыркается на спинку и я непроизвольно начинаю чесать ей животик, по аналогии с котами.

Жду, что она сейчас опять извернется и укусит меня за палец. Но нет. Напротив. Она как-то совсем обмякла, начала издавать какие-то вибрирующие звуки и совершенно расслабилась.

— Кажется, мы нашли с тобой коннект, — тихо смеюсь я, совершенно не в состоянии контролировать эмоции.

Она вновь выдает короткую трель и, свернувшись калачиком вокруг моего пальца, закрывает глазки. Прислушиваюсь. Сопит. Уснула у меня в ладони.

— Можете рассказать, что означает ласка в Китае? — перехожу на шепот, не желая будить малышку.

— Это великий желтый бессмертный. Объединяет других четырех бессмертных. Лису, ежа, змею и крысу [или ворон]

здесь фото схемы

— Почему желтый?

— Не знаю, почему эта ласка белая, но северные ласки обычно имеют коричнево-рыжий окрас. А эта вообще белая. А еще не зима.

— Да. И правда, белая. — Глажу шелковистую снежную шубку. — Хотя до зимы еще далеко.

— На севере Китая ласку, как и остальных четырех бессмертных, чтят.

— Именно на севере?

— В большинстве, — кивает. — Там они водятся в большом количестве.

Теперь понятен подарок. Рой с отцом сейчас на Севере. Видимо, были где-то поблизости с заповедником, где эти малыши разводятся.

— Так ласка что-то типа божества?

— Да. Ласку почитают и побаиваются.

— Побаиваются? — смотрю на совершенно безобидное существо, свернувшееся калачиком.

— Убийство или причинение вреда ласке — табу. Иначе они могут превращаться в «блуждающих духов», вселяться в людей и вызывать галлюцинации. Если ее обидеть, она может принести смерть, болезнь или несчастье.