Книга Мия. В Лабиринте, страница 27 – VIOLATOR, Devi Ant

— Какой красивый парусник… — девушка, рассматривает необычные черные паруса. Улыбается. Но в глазах грусть.

Ветер треплет ее светлые локоны. Она жмурится от яркого солнца.

Мужчина молчит. Стоит у штурвала. После болезни он немного похудел, но выглядит бодрым и полным сил.

— Нам нужно поговорить. — Тихо начинает она.

— О чем?

— Нам не нужно быть вместе.

Мужчина молчит, а девушка продолжает:

— Мне приснился сон… Вас заберут, если я останусь с вами…

Но мужчина не реагирует на ее слова.

— Ваша болезнь — это предупреждение мне…

— На выходных свадьба. — Спокойным тоном.

Парусник отходит все дальше и дальше. Когда внезапно погода меняется. Солнце скрывается за тучами, ветер усиливается. Волны поднимаются все выше и выше.

— Пора возвращаться. — Констатирует мужчина. — Скоро начнется шторм.

Но на глазах дружелюбная стихия превращается в агрессивную. Волны хаотично швыряют яхту все резче и резче.

— Спрячься в каюте, — отдает распоряжение мужчина, но девушка будто оцепенела. Вцепившись в канат, фиксирующий ее, отчаянно качает головой.

— Нет! Иначе вас заберут!

Внезапно на них идет волна стеной… и девушка, в ужасе понимая, что сейчас произойдет, кричит:

— Нет! Заберите меня! Не его!

И я тону в безде. Погружаюсь все глубже и глубже. Вновь обрываюсь в черную пустоту. Еще миг и меня поглотит Смерть.

Но за наносекунду до конца приходит решение:

— Я пожертвовала своей жизнью! У меня есть одно право выжить!

Легкие пробивает обжигающим током, горло изрыгает соленую воду с пеной и я, болезненно кашляя, жадно глотаю воздух ртом.

«Жива» — делаю глубокий хриплый водянистый вдох и открываю глаза.

Все еще откашливаясь и сдерживая рвотный рефлекс, возвращаюсь в жизнь. В груди клекающие звуки при вдохе, как при мокром кашле. На губах и во рту неприятная пена. Перед глазами все плывет. Голова ватная. Но, держась за реальность, фокусирую взгляд. Надо мной нависают китайский цербер и Юми. Первый разворачивает меня набок. Мокрый. Скорее всего, он достал меня из бассейна и оказал первую медицинскую помощь. Вторая — бледная, как мел, с перепуганными глазами что-то лепечет по китайски.

— Мы уже вызвали медиков, — переходит на английский, пока Джай фиксирует мою голову набок. — Как вы себя чувствуете?

— Живой… — хриплю я, все еще кашляя. От соленой воды горло раздирает. Легкие горят. Во рту пена.

— Что случилось?

Спутанное сознание мешает сосредоточиться. Звуки доносятся будто издалека. Но я концентрирую внимание. Смотрю на Юми.

— Судороги.

— Хорошо, что в пентхаусе мониторинг круглосуточный. Джай успел. Быстро вас вытащил из бассейна.

Даже в таком состоянии понимаю. Не успел бы он, если бы Смерть решил по-другому. Если бы не засчитал мой шанс на жизнь, везли бы меня сейчас в морг.

Пытаюсь сосредоточится, чтобы не забыть визуал, но в бассейн врывается команда медиков с носилками и начинается суета. Тычут меня приборами, светят в глаза фонариком, что-то спрашивают.

Хмурюсь. Несмотря на слабость, тошноту и дикую головную боль, раздражают. Я получила информацию к размышлению и очень боюсь, что пока меня отвлекают на лечение, я что-то забуду. Упущу детали и сделаю неправильные выводы.

— Я в норме. — Сиплым голосом. Соль обожгла слизистую. Хрипы в легких.

— Какое в норме?! — суетится рядом Юми. Не только потому, что боится наказания от хозяина — не досмотрела за объектом. В глазах искреннее беспокойство.