Книга Арам и Лиза, страница 73 – Диана Рымарь

— Леша, нужны они тебе? — спрашивает Лиза с прищуром.

— Очень, — благоговейно отвечает парнишка.

Приятно до мурашек: что вечер парню понравился, что игрушки все приметил.

Лизе тоже понравилось, она может сколько угодно это отрицать, но я это чувствую.

— Пойдемте провожу вас.

Я поднимаюсь с места, веду своих гостей в прихожую. Когда они обуваются, не удерживаюсь от подколки:

— Я жду котлеты, Лиза.

Моментально получаю от нее полный возмущения взгляд.

В нем легко читается: «Хрен тебе, а не котлеты!»

Но что-то мне подсказывает, что я их все-таки получу, ведь адвокат по имени Алексей Арамович наверняка будет работать на два фронта.

Лиза

Котлеты ему, ага, щас…

Прям побежала их приносить!

Не для него готовились, не ему и есть. Пусть свои заказывает. Или жарит сам.

Однако, когда мы приходим домой, Леша тут же просит с самым умоляющим видом:

— Ты же принесешь папе котлеты, да? А то он голодный, наверное…

От детской интонации внутри все переворачивается.

Ты посмотри, какой заботливый! И главное — как стремительно на Араме зациклился. С чего это все? Понятно, с чего — всему виной дурацкая приставка! Может, мне проще купить ее ему, чтобы играл дома и не хотел к Араму?

Хотя где мне такие деньги взять? Эти игровые штуки стоят, как половина моей зарплаты. А моя старая приставка его вряд ли заинтересует, да и непонятно, работает ли она вообще.

— Мам, ты не ответила. — Лешка настойчиво теребит рукав моей кофты.

Ткань натягивается — и мои нервы тоже.

Маленький хитрый предатель! Как шустро он переметнулся на сторону Арама. А ничего, что это я ему была и за маму, и за папу все эти годы? Да, справлялась не идеально, как могла, но справлялась же. Бессонные ночи, когда он болел, походы по врачам, школьные собрания, где я одна среди полных семей…

Но и отказать Леше в грубой форме я не могу, потому что не хочу казаться в его глазах злой ведьмой, которая обижает его драгоценного отца. Которого он вчера впервые в жизни видел — это так, на секундочку…

Опускаюсь на корточки перед сыном, смотрю ему в глаза — такие же темные, как у Арама, — и отвечаю максимально спокойно:

— Давай так: ты сейчас быстренько умываешься, чистишь зубки, укладываешься спать. А когда ты заснешь, я соберу целый контейнер котлет и отнесу Араму. Годится?

Разумеется, никакого контейнера я никуда нести не собираюсь. Но Леша об этом не узнает, потому что будет уже сладко спать. А утром скажу — отнесла, конечно же.

Так будут и волки сыты, и овцы целы. То есть мне не придется еще раз видеть этого… этого… Я даже эпитета достойного для Арама подобрать не могу.

— Неси сейчас, — упрямится Леша.

Вижу в его взгляде такую знакомую мне настойчивость — прямо как у его папаши.

Даже мимика одинаковая!

— А ты один, что ли, останешься? Бабушка ведь у Василия Ивановича в гостях.

Будь он неладен, мамин любовник! Так хорошо жили втроем — мама, я и Лешка, — и тут на нас набросились эти мужики: что Арам, что этот Василий. Спасу от них нет.

— Ничего, я побуду один, — машет рукой Леша с таким видом, будто ему уже не шесть, а все шестнадцать. — Ты же оставляла меня, когда ходила в магазин, помнишь? Целых пятнадцать минут ходила, я засекал по часам.

Ах ты ж хитрющий мелкий проныра!

Нехорошо так думать про собственного сына, нехорошо… Впрочем, в материнстве ключевое — не озвучивать все то, что приходит в голову, а думать можно все что угодно.