Онлайн книга «Во власти греха»
|
— Но он понял меня? — Понял. Не сразу, но понял. Дай ему время. — А что Никита? — спросила я. — Папа с ним общался? — Папа ему позвонил, когда ехал домой, — мать вздохнула. — Сказал, что разберётся. Но после того, что ты сказала... я думаю, он перезвонит Никите и попросит его больше не лезть в нашу семью. — Хорошо бы, — я вытерла тарелку. — Мам, а можно я сегодня вечером к Римме схожу? Надо отвлечься. — К Римме? — мать посмотрела на меня. — Или на тусовку? Я покраснела. — Откуда ты знаешь? — Я тоже молодая была, дочь, — мамуля усмехнулась. — Иди. Только не поздно. И будь осторожна. — Мам, спасибо, — я обняла её. — Ты лучшая. — Знаю, — она поцеловала меня в макушку. — Иди собирайся. Я папу займу чем-нибудь «взрослым»... — Только предохраняйтесь, Бога ради! * * * Я поднялась к себе, закрыла дверь и рухнула на кровать. Руки всё ещё дрожали. Разговор с отцом вымотал меня больше, чем вся предыдущая неделя. Телефон пиликнул. Римма. «Ну что, жива?» «Жива. Папа приехал, был скандал. Но мать отбила.» «Красава! Так что, идёшь на тусовку?» Я посмотрела на чёрное платье, висящее на дверце шкафа. «Иду. Заезжай в семь.» «Буду! И оденься так, чтобы Греховный язык проглотил!» Я сбросила телефон и уставилась в потолок. Греховный. Тот самый парень из парка. Который, возможно, видел, как я кончала под дубом. Который, возможно, и есть мой аноним. — Нет, — сказала я себе. — Не думай об этом. Просто иди, отдохни, выпей, потанцуй. Забудь о Никите, о папе, об анониме. Просто будь собой. Той самой Соней, которая никого не боится. Я встала, подошла к зеркалу. На меня смотрела девушка с горящими глазами, растрёпанными волосами и решительным выражением лица. — Сегодня, — сказала я своему отражению, — я перестану быть хорошей девочкой. Сегодня я буду той, кого хотят. Или умру. Я скинула домашнюю одежду, надела чёрное кружево, короткое платье, туфли на каблуках. Макияж — стрелки, прозрачный блеск. Волосы — волнами на плечи. Духи — те самые, цветочные, с намёком. — Греховный, сукин ты сын, — прошептала я, глядя на себя. — Если ты аноним — я тебя убью. Если ты не аноним — я тебя убью за то, что ты вообще родился на свет. Я улыбнулась своему отражению. Злая, красивая, опасная улыбка. Внизу хлопнула входная дверь — это отец ушёл в гараж, наверное. Мать крикнула с кухни: — Соня, чай будешь? — Нет, мам! Я скоро ухожу! Я накинула пальто, взяла клатч (в который едва влезли телефон, ключи, помада и один презерватив — на всякий случай, вдруг пригодится), и вышла в коридор. Мать стояла у двери, смотрела на меня с улыбкой. — Красивая какая, — сказала она. — Только не напивайся. — Мам, я вообще не пью. — Тогда тем более. Иди. Я поцеловала её в щёку и вышла на лестничную клетку. Сердце колотилось. Внизу уже гудела Риммина машина — её старенький «Фольксваген», который она называла «ракетой». В любом случае, назад пути не было. Я перестала быть хорошей девочкой. Осталось стать счастливой. * * * Римма ждала в машине, сверкая глазами. — Ну чего батёк? — Переваривает, — я пристегнулась. — Погнали. Дом Алины Ковальчук оказался в элитном районе — трехэтажный особняк с панорамными окнами, подсветкой в саду и машинами на подъезде, от которых у Риммы случился микроинсульт. — Это «Порше», а это «Мерседес»... Сонька, мы точно по адресу? |