Книга Вкус счастья в итальянской деревушке, страница 83 – Лоренца Джентиле

— А, они тебе заплатят пятьдесят евро, — уточняет Оронцо перед уходом. — Плюс компенсация за бензин.

Эти деньги покроют консультацию астролога, и еще останется на футболку с битлами. Гонка по возврату долгов началась, и даже без лотереи.

— Вот ты где, моя Селена! — восклицает Флора. — Я уже закончила.

Вблизи я вижу, что она бледнее обычного — то ли от жары и суматохи, то ли просто из-за смены освещения. И только теперь понимаю, как она постарела. Я мягко обнимаю ее за плечи, будто это движение может обратить время вспять.

Сумок с покупками пять или шесть, и все тяжелые, поэтому я забираю их. По дороге к дому она перечисляет, что именно купила и сколько за это заплатила, затем — что не купила, и почему, и сколько бы это стоило. И наконец составляет список блюд, которые нам еще предстоит приготовить.

Пыхтя, мы лезем вверх по склону, а солнце печет нам головы, как раскаленный утюг. Я размышляю, как лучше собрать листы с рецептами и оформить их в книгу. Мы еще это не обсуждали, но мне хочется сделать няне сюрприз.

— Итак, что сегодня готовим? — спрашиваю я, заходя домой.

— Ну… — Флора отводит взгляд. — Сегодня днем у меня кое-какие планы.

— Планы? — удивляюсь я.

— Ну да, знаешь, такие вещи, которые люди записывают в календарь.

— Прости… — Какая же я глупая — будто у нее не может быть своих дел. — Ну конечно, планы…

Я жду пояснений, но Флора молчит.

— Надеюсь, что-то приятное.

— Ох, да… очень приятное, — вздыхает она.

И я не могу понять, ирония это или нет.

— Если тебе что-то понадобится, Флора, я здесь, рядом. Ты ведь это знаешь, правда?

«Я здесь», — шепчу про себя, мысленно возвращаясь ко дню нашей встречи, когда она выплеснула мне на ноги ведро воды. Невероятно, как быстро привыкаешь к присутствию близкого человека, хотя прошло всего несколько дней. И этих дней остается так мало…

Ставлю сумки на кухонный стол и помогаю разложить продукты.

— Тогда вечером наверстаем упущенное и приготовим два блюда? — спрашиваю перед выходом из дома.

— Даже три. И десерт.

— Ты что, уже прикончила марципан? — говорю я с шутливым упреком.

Флора лишь пожимает плечами:

— На то он и нужен, чтоб его есть, правда? Надо брать от жизни лучшее, для худшего время всегда найдется.

На главной площади я вдруг слышу, как кто-то окликает меня по имени.

— Ох, я надеялась тебя встретить! — Ко мне спешит Камала. — Не хочешь выпить кофе? Мне нужно кое-что с тобой обсудить.

— Я все равно хотела заглянуть к Августо. Присоединишься?

Сев за столик, мы заказываем кофе и по два пирожных. Подумав, я беру третье — люблю нечетные числа, они ощущаются как начало чего-то нового и бесконечного.

Раз уж я здесь, выпью еще стакан миндального молока. Кто знает, как долго я пробуду в Апулии, нужно пользоваться моментом. К тому же сахар в крови необъяснимым образом придает мне уверенности.

— Знаешь, — начинает Камала, допивая кофе, — мы не так хорошо знакомы, но Паоло много о тебе рассказывал. Он к тебе очень привязан. И… я подумала, ты… Тогда вечером он изо всех сил бодрился, старался показать себя… ну… в лучшем свете. Но если честно, в последнее время он очень подавлен. Не хотелось бы говорить о депрессии, это пугающая мысль, но и сказать, что он просто грустит, было бы не совсем верно. Когда ашрам закрыли, из него словно вынули стержень. Это место спасало его в детстве. Паоло боролся за него до последнего — собирал пожертвования, работал с региональными и европейскими программами, устраивал фестивали, что угодно, чтобы убедить владельца участка… Но тот уже все решил. Не стал продлевать аренду и продал землю. Паоло до последнего надеялся, что община сможет ее выкупить, но, увы, цена была слишком велика.