Книга Магазинчик бесценных вещей, страница 133 – Лоренца Джентиле

— С ума сойти, просто с ума сойти. – И я ныряю в него лицом.

Костюм пахнет свежестью и новизной. Я не знаю, где найду смелость, чтобы его надеть, но я найду ее обязательно, чего бы мне это ни стоило.

— А у меня тоже есть для вас кое-что, – говорю я.

Я отлучаюсь в прихожую, в которой я оставила объемистую коробку, завернутую в газету.

Сразу же догадавшись, что это такое, Арья, не теряя времени, на нее набрасывается. С другой стороны, она уже давно этого ждала.

— Какой же он красивый! Просто с ума сойти! – восхищенно восклицает она, сорвав всю бумагу с кукольного домика. – Тут и кухня, и гостиная, и спальни, и гараж… И даже мастерская, прямо как у тебя, Гея! Как бы мне тоже такую хотелось.

— Теперь у нас будет магазин! – выпаливает Аделаида.

Похоже, она это осознала, только произнеся вслух, потому что вдруг притихла и ошарашенно на меня посмотрела. На меня эти слова тоже оказали какое-то странное воздействие: будто наша победа стала реальной только сейчас.

— Тут еще и две куклы спрятались! – восклицает Арья. – Я назову их Гея и Аделаида, и они будут подружками.

Ее мать смотрит на нее со смешанным чувством нежности и беспокойства, а затем поднимает глаза на меня, как будто спрашивая, правда ли это.

— Подругами и партнерами, – подтверждаю я, растягивая оба слова, чтобы вполне ими насладиться. – И все благодаря тебе.

— Шутишь? Тебе, конечно.

— Ну, может, немножко, но…

— Пусть будет пятьдесят на пятьдесят, как у настоящих партнеров?

Я пожимаю ей руку и говорю, что мне нужно закончить пару дел, встретимся уже в «Новом мире». И убегаю.

Я мчусь вниз по лестнице, перепрыгивая ступеньки, пробегаю через двор и стучу в дверь синьоры Далии.

Странно, но она не появляется на пороге в ту же секунду. Я стучу еще раз. Настукиваю простенький мотивчик. Тишина. Стучу снова. И снова, и снова. В голове начинают мелькать пугающие мысли.

— Синьора Далия?

Сердце вырывается из груди, руки трясутся.

— Синьора Далия?

Но именно в тот момент, когда я формулирую первое условное предложение, дверь наконец приоткрывается и из щелочки показывается один ее глаз и нос.

— Гея, ты, что ли?

— Да, синьора Далия, а что такое?

Я с облегчением выдыхаю.

— Я тебя помню более понурой.

— Просто у меня хорошие новости.

Я терпеливо жду, пока она откроет мне дверь, но, похоже, она не спешит.

— Можно войти? – спрашиваю я тогда.

Секундное колебание.

— Там кто-нибудь есть?

Я смотрю направо, потом налево – во дворе ни души.

— Никого.

Синьора Далия открывает дверь чуть пошире, чтобы было место и для второго глаза, высовывается наружу и проверяет лично. Убедившись наконец, что никого рядом нет, она дергает меня за футболку, затягивает внутрь и спешно захлопывает дверь. Беспокойство постепенно сходит с ее лица.

— Никто не должен знать.

— Что, синьора Далия?

Спросив это, я тут же замечаю на ней заляпанный краской фартук; на щеке, прямо под очками, красуется кобальтово-синяя закорючка; вид у нее оживленный. Она жестом зовет меня за собой в коридор. Вся мебель отодвинута от стен. Пол накрыт полиэтиленом. В воздухе стоит довольно резкий запах краски. Индийский желтый, темно-красная киноварь, сине-сиреневый, изумрудно-зеленый.

— Могли бы и попросить меня помочь!

— Ох, тебе было не до этого, душа моя. Без картин в квартире стало так пусто. Так грустно. Так одиноко. Ну и надо же было что-то сделать со всеми оставшимися красками.