Книга Магазинчик бесценных вещей, страница 24 – Лоренца Джентиле

— Ну… а как же Дороти? И Маргарет?

— Вы первая, кто заинтересовался. Если хотите узнать подробности, напишите нам на почту, и мы согласуем дату и время просмотра.

Я не поднимаю глаза, чтобы не рассмеяться.

— Но ведь я уже здесь…

— Вы здесь, но мне через минуту уже надо быть в другом месте, – отвечает она, совладав со скотчем, и тут же проверяет телефон. – Вообще, мне надо быть в другом месте уже гораздо меньше, чем через минуту!

Я сжимаю одной рукой пакетик с едой от Анджелины, другой – лямку рюкзака. Кажется, я не очень улавливаю суть.

— Маргарет продает магазин?

Женщина закатывает глаза.

— Я знаю только, что владелица магазина умерла несколько лет назад и магазин перешел в государственную собственность. Мы его выкупили и теперь перепродаем. Вот и все.

Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, кто это – «мы», но никого, кроме нас с ней, в магазине не обнаруживаю.

От этой новости у меня кружится голова. Я не знаю, что ответить этой женщине.

Дороти больше нет. Можно изъездить всю землю вдоль и поперек, но ее не найдешь. Эта ее седая коса, неповторимая, как неповторима каждая черта наших лиц, как неповторима каждая полоска на теле зебры, как неповторима каждая вещь в этом магазине, – эта коса пропала навечно. Дороти никогда не узнает, что я вернулась. Что я уже пять лет живу в городе и жду, когда смогу наконец вернуться в ее мир. Что ношу с собой гуся. Что, вернувшись…

— У владелицы была дочь, – робко отвечаю я.

Риелторша обходит меня, чтобы выйти и повесить табличку. Я иду за ней на улицу.

— Значит, скорее всего, отказалась от наследства, – заключает она, поднимаясь на носочки и пытаясь достать как можно выше. – Это случается гораздо чаще, чем принято думать. К тому же недвижимость с собой на тот свет не утащишь – громоздкая.

Вернувшись внутрь, она снова засовывает руку в сумку и вынимает оттуда миниатюрную измерительную рулетку. Я наблюдаю, как она пытается дотянуться ею до потолка, чтобы измерить его высоту, и не могу сдержать улыбку: каждый раз, когда металлическая ленточка достигает определенной высоты, она складывается, пав жертвой закона всемирного тяготения.

Я открываю рюкзак и протягиваю женщине свой складной метр «Стэнли».

— Если хотите, могу одолжить.

Она хмурится в замешательстве. «Зачем она носит с собой складной метр? – читается у нее на лице. – Мне звонить в полицию?» В итоге она его принимает, не вполне соображая, что с ним делать.

— Я уже давно жду, когда этот магазин снова откроется, – говорю я.

— Он не открывается, – подчеркивает риелторша, разглаживая на себе дорогую рубашку. – Он продается.

Она возвращает мне метр, так и не сумев его открыть.

— Лучше лазером померяю, он удобнее.

Я могла бы ей помочь, но не хочу показаться навязчивой. Увы, это не мое дело. Я кладу метр обратно в рюкзак.

— Пятнадцать лет назад я тут кое-что оставила… Можно мне проверить, здесь ли оно еще? – аккуратно спрашиваю я.

Уже успев провалиться в телефон, она морщится.

— Если вам так надо… У вас примерно пятнадцать секунд.

— Спасибо.

Я бросаюсь к месту, где когда-то стоял сервант, но не нахожу его там. Замечаю, что его перенесли в подсобку. Гусь Дороти за стеклом – упал, но не разбился. С тех пор я выросла и теперь могу дотянуться до верхней полки, не вставая на носочки. Я поправляю гуся и любуюсь им, маленьким огоньком на ржавом потопленном корабле. Выставленном на продажу.