Книга Эндшпиль, страница 69 – Камила Соколова

— Ну, как дорога? – спросил я, открывая заднюю дверь и выуживая оттуда клюшку.

— Нормально, – она пожала плечами.

Сегодня она все утро хмурилась и вообще не была на себя похожа. Может, эти особые дни? Не лезть к ней? Но вопреки здравому смыслу я спросил:

— Все в порядке?

— Да, – огрызнулась она. – Зачем ты купил мне кроссовки?

Ого. Вот уж не думал, что мой маленький подарок мог ее так разозлить. Как же она меня бесит. Делаешь для нее доброе дело, она и тут недовольна.

— Просто мне не хотелось таскать тебя на руках и сегодняшний день. Очевидно, что тебе нужна комфортная обувь.

Она на некоторое время замерла, словно производя в уме какие-то расчеты, потом облизала губы и кивнула.

— Ладно. – Потопталась немного и добавила: – Встретимся здесь же? После игры.

— Да, приду сразу, как только смогу, – и, подхватив мою счастливую клюшку, я направился к раздевалке. Все сегодня было не как всегда.

Я переодевался, стараясь вовлечься в разговоры ребят и реагировать на шутки Тома, традиционно веселящего команду разными байками, но все равно продолжал думать о своем. Настраиваясь на игру, я не сразу понял, в какой момент Том переключился на наш поход и начал рассказывать, как я нес Миру на руках всю дорогу до отеля, а ее ноги кровоточили. Я еле сдержался, чтобы не ввалить ему. Раздражение от того, что он делает мою – нашу с Мирой – историю общей, накрыло меня с головой. Я резко встал. Нашу с Мирой историю… У нас нет никакой истории и быть не может.

— Ну хватит, – бросил я Тому и вышел из раздевалки.

Как я и думал, «Альфа» сразу начинают атаковать, играя грубо и опасно. Понятно, они хотят обеспечить себе большинство и попробовать его реализовать. Меня уже раза четыре задевают клюшкой по ногам, но судья словно не видит. Последний раз я сдерживаюсь с трудом. Ну что за хрень?! Зрители на трибунах болеют за местную команду, скандируя: «Альфа! Альфа! Альфа!» Возникает ощущение, что у нас здесь не матч в регулярном чемпионате, а бой не на жизнь, а на смерть. Причем погибнуть должны мы, естественно.

Первый период заканчивается счетом 1:0 в нашу пользу. Я отдаю голевую передачу. Вроде все неплохо. Тренер раздает указания, обращая внимание на наши дыры в обороне, но мои мысли то и дело возвращаются к Мире. Смотрит ли она игру? Или ушла? Успевает ли она следить? Да и вообще, интересно ли ей? Но потом я думаю, что у Миры сегодня такое настроение, что она с удовольствием присоединилась бы к болельщикам «Альфы», и почему-то это меня смешит.

— Мороз, – орет тренер, и я вздрагиваю, он редко зовет меня по фамилии. – Ты все понял?

Я киваю.

— Аккуратней. Они все-таки пытаются тебя задеть.

Мы выкатываемся на второй период. «Альфа» носятся так, словно каждый в перерыве выпил пол-литра допинга, но у меня со скоростью тоже все в порядке. Подворачивается шанс – мы с Йоханом и Стивеном, как по учебнику, разыгрываем комбинацию, и я забиваю гол в ворота «Альфы». 2:0. Еще лучше.

Но в следующей смене пятнадцатый номер «Альфы» применяет ко мне жесткий силовой прием. От удара у меня слетает шлем, а внутренности, несмотря на защиту, встряхивает. Две секунды на то, чтобы продышаться, на третьей я вскакиваю: в ушах гудит, перед глазами красное марево. Сейчас убью придурка. Пятнадцатый вызывающе смотрит на меня, из-за визора я плохо вижу его глаза. Или это капающий пот не дает мне его рассмотреть? Хватаю его за свитер, тяжело дышу: моя грудь опускается и вздымается. Но на плечо ложится рука Тома: