Книга Солёный зефир, страница 22 – Даша Art

Два этажа, современный стиль. Огорожен высоким забором. Красивые ухоженные кусты под окнами, невысокие ступеньки, крыльцо с двумя креслами, которые еще не убрали после лета. Внутри все выглядело без излишек, скорее по-мужски, но с налетом женской руки. Фотографии в рамках на стене у двери. Коврик с приветственной надписью. Растение в больших горшках. Гостиная почти не отделена от холла, в центре которого взгромоздилась лестница. Кухня — справа.

Аромат, который встретил меня внутри, моментом разжег аппетит. Вот бы и меня дома так ждали.

Мари странно улыбается, кричит кому-то, затем зовет за собой.

Останавливаюсь на пороге, пораженный открывшейся картиной.

Глаза упираются в девушку, вставшую на носочки, чтобы дотянуться до полки. На ней очень короткие обтягивающие шорты, скорее подчеркивающие её задницу, чем скрывающие. Я не могу отвернуться, самым наглым образом таращусь, словно абориген. Осталось только слюни пустить.

Миниатюрная, с длинной шеей, тонкой талией, округлыми бедрами и стройными ногами. На любование у меня было ровно три секунды, затем соблазнительница обернулась.

Взгляд опускается к плоскому животу и открывшемуся небольшому участку кожи, пошел выше. Сглатываю и впрямь обильно выделяющуюся слюну, увидев красивую грудь. Но следом за ней я ю сталкиваюсь со знакомым лицом и глазами цвета темной хвои, и моя кожа покрылась мурашками.

— Маша, — обращается моя спутница к девушке, — ты ведь не знакома с Игнатом? Игнат, познакомься с моей сестрой.

Глаза становятся шире.

Кем-кем она сказала?

Шок парализует органы. В частности, мозг. Он отказывается воспринимать информацию. Уверен, что мою челюсть можно отскребать от паркета.

Но сомнений быть не может. Это правда она. Та Маша, что испортила мое свидание.

Как это возможно?

Маша

Только чудо не дало мне разбить кружку. Аккуратно ставлю ее на столешницу.

Комната уменьшается в объемах, а парень вырастает до гигантских размеров.

Ощущение словно я наблюдаю за абсурдной сценой со стороны, а вовсе не являюсь её участником.

Синие глаза цепко вырывают меня из общего фона, буквально вгрызаются, угрожая. Мороз сковывает позвоночник.

Знакомы ли мы?

— Нет, — отвечаю на вопрос Мари, — мы не знакомы.

Ещё неделю назад я бы сказала, что знаю его. Но с парнем, вошедшим на кухню, я не знакома. Он всё же сделал это: подкатил к моей красивой сестре. Неправильно снятый сюжет Золушки: режиссёрская версия. Где сводной сестре достается принц.

— Я не знала, что у нас будут гости, — спокойно одёргиваю майку, осознавая, в каком виде предстала перед ним. Провожу рукой по пучку волос на макушке. От стыда щёки наливаются жаром. Видимо, унижение рядом с этим парнем — мой крест.

— Прости, я не подумала, — Мари странно улыбнулась, наблюдая за мной: она не сожалела. Затем обратилась к Игнату: — Проходи, садись. Маша готовит самые вкусные оладьи.

— Ты откуда знаешь? Никогда ведь их не ешь.

— У меня фигура, — признаёт сестра, затем хихикает: — Это ты можешь их есть и не толстеть.

Стояла бы она рядом, я бы пристукнула её чем-нибудь. И Мари это знала, поэтому разумно отошла, чтобы нас разделял островок.

Кухня была гордостью моей матери. Просторная. Со встроенным гарнитуром и набором всей необходимой техники. А когда мама ушла, место заняла я, стараясь заботиться об отце. Делать это было и легко, и сложно одновременно, ведь большую часть своего времени он проводил в командировках.