Книга Развод. 10 лет за измену, страница 59 – Ольга Гольдфайн

— Елена, новости плохие, — говорит он без предисловий. — Эльвира написала на вас заявление. Дело возбуждено. Она утверждает, что вы намеренно столкнули ее с лестницы в порыве ревности.

Зажмуриваюсь, чувствуя, как по спине словно змея ползет липкий холодок.

— Вы должны придерживаться своих первоначальных показаний, Лена, — жестко напоминает Резников, словно вбивая сваи в мой мозг. — Никакой паники. Никакого чувства вины на допросах. Она оступилась сама. Вы пытались ее удержать. Вы поняли меня? Ни в коем случае не наговаривайте на себя!

— Да. Я поняла, — подавленно соглашаюсь, хотя отчаяние уже затягивает меня в свою воронку.

Только кладу трубку, как телефон оживает снова. Незнакомый номер. Напрягаюсь всем телом, приготовившись к тому, что это полиция по мою душу, вызывают на допрос, а там тоже возьмут под стражу, как и Руслана. Аленка останется одна.

— Елена Верещагина? — сухо и по казенному задают вопрос. — Добрый день, это следователь Зуев беспокоит. Я расследовал дело о пожаре на даче Верещагиных в Комарово.

Сердце ухает куда-то в пятки.

— Мы завершили экспертизу и пришли к заключению, что это был несчастный случай. Замыкание старой проводки, — продолжает следователь. — Так как сын Александры Сергеевны сейчас находится в СИЗО, а ее муж до сих пор в реанимации в тяжелом состоянии, вероятно, хоронить свекровь придется вам. Ближайших родственников больше нет.

Я в полном замешательстве. Замираю посреди кухни, глядя на дешевый линолеум.

У меня нет ни сил, ни времени, ни, тем более, денег на похороны. Я еле свожу концы с концами!

Но… не предать земле свекровь, бросить ее в морге, как бездомную и безродную, я тоже не могу. Это уже за гранью человечности.

— Да, поняла, — выдавливаю пересохшими губами. — Я все сделаю. Где находится тело, и когда мы сможем его забрать?

Дальше все происходит как в густом, душном тумане.

На следующее утро после звонка Зуева готовлю дочке завтрак. Отрезаю себе кусок хлеба, кладу сыр, откусываю, и вдруг понимаю, что не могу проглотить.

Меня тошнит со страшной силой. Еда просто не поступает в желудок, ее словно что-то не пускает туда, отторгая на физическом уровне.

Горло сжимается спазмом. Я бегу в ванную, склоняюсь над раковиной, задыхаясь от кашля и слез.

Болит живот, режет под ребрами так, что темнеет в глазах. Я с трудом, крошечными глотками, по капельке глотаю воду.

Снова беру отгул. Снова иду к гастроэнтерологу.

Меня отправляют на ФГДС — отвратительную процедуру с глотанием зонда. Терплю, обливаясь слезами и задыхаясь. Боюсь услышать смертельный приговор. Симптоматика в точности такая, как при новообразованиях пищевода. Я уже начиталась в интернете.

Неужели я умру так же, как тот мужчина из автобуса?

Но результаты сбивают с толку.

— У вас банальный, слабовыраженный гастрит, Елена Сергеевна, — хмурится женщина-врач, глядя на меня поверх очков в строгой оправе. — Пищевод чист, патологий не обнаружено.

Она снимает очки и смотрит на меня долгим, изучающим взглядом. Настоятельно, почти с нажимом советует:

— Сходите к психотерапевту. Дисфагия — нарушение глотания — часто имеет психосоматическую природу. Думается мне, что ваши проблемы именно по его части. Возможно, ваше тело так реагирует на тяжелую психологическую травму.