Онлайн книга «Развод. 10 лет за измену»
|
На ватных ногах плетусь на кухню. Готовлю завтрак, впихиваю в себя пару мягких кусочков омлета — и, на удивление, становится чуть легче. Желудок успокаивается. Ровно до того момента, пока Олег не открывает упаковку сыра с плесенью. Острый, специфический запах бьет по рецепторам, как химическое оружие. Желудок делает кульбит, я судорожно зажимаю рот рукой и пулей лечу в туалет. Увы, омлет не задерживается… Умываюсь ледяной водой, опираюсь дрожащими руками о раковину. В дверях появляется встревоженный муж. — Лен, я постараюсь сегодня найти врача, — твердо обещает. — Так больше продолжаться не может. Из-за его спины выглядывает Аленка. Она смотрит на меня огромными, полными тревоги глазами. Моя девочка так выросла, уже учится в школе, но из-за моих болезней она тоже постоянно находится в стрессе. Постоянно беспокоится обо мне. От чувства вины хочется выть. Я сама не живу толком, и жизнь своих близких превратила в ад… На работе не могу сосредоточиться. Смотрю в монитор, а цифры плывут перед глазами. Механически выдвигаю ящик стола, достаю маленький календарик женских дней и начинаю считать. Сердце пропускает удар, в лицо бросается волна жара: у меня задержка. Почти десять дней… Паника накрывает с головой. Посоветоваться не с кем — Наташка сейчас в декретном отпуске, ее карапузу уже три месяца. Я осталась один на один со своими страхами. В обеденный перерыв накидываю пальто и почти бегом иду в ближайшую аптеку. Покупаю самый дорогой тест. Возвращаюсь в офис, закрываюсь в кабинке туалета. Три минуты тянутся как три года. Смотрю на пластиковый тест, и мир вокруг перестает существовать. Две яркие, четкие линии. Две полоски, которые повергают меня в парализующий шок. Беременна… Господи, мне тридцать пять лет! Мой организм истощен до предела. Я питаюсь святым духом и таблетками. Как я выношу эту беременность в таком состоянии, когда и есть-то толком не могу?.. Я же просто голодом заморю ребенка! А если я правда схожу с ума? Какие таблетки мне пропишет психиатр, и что они сделают с малышом?! Слезы отчаяния катятся по щекам. Но сквозь эту истерику пробивается другая, кристально ясная мысль: у Резникова нет детей. Он так много делает для нас с Аленкой, так любит меня... Будет преступлением, непростительным грехом отказаться от этого малыша. Это единственный шанс Резникова стать отцом. И, возможно, мой последний шанс спастись… Вечером, когда ложимся в постель, собираю всю свою смелость в кулак и рассказываю Олегу о своей беременности. Он замирает. Секунду смотрит на меня так, будто боится поверить, а потом его лицо озаряется такой ослепительной, чистой радостью, что у меня перехватывает дыхание. Олег предсказуемо счастлив. Крепко, но осторожно обнимает меня, покрывает лицо поцелуями. — Леночка… Девочка моя, — шепчет, зарываясь лицом в длинные волосы. — Спасибо! Я буду заботиться о вас. Мы справимся, ты ни в чем не будешь нуждаться. Я вас никому не отдам. Засыпаю в кольце его сильных рук. А ночью мне снится сон. Яркий, как кино на большом экране. Снится свекор. У нас с ним всегда были очень хорошие, теплые отношения. Владимир Анатольевич, по сути, заменил мне отца, стал близким и родным человеком. И с этим связана моя самая страшная, кровоточащая рана — ведь я считаю, что я его... убила. Моя вина перед ним безмерна. |