Книга До звезды на ёлку, страница 39 – Тата Кит

Не сбавляя скорости, с которой бежала, я врезалась в объятия протянутых ко мне рук. Повисла на сильной шее. Жмурясь, молила, чтобы всё закончилось.

Чувствуя лишь легкие поглаживания по ногам и рукам, робко открыла глаза.

Тьма рассеялась. Отступила как черные чернила.

Я проснулась на диване, который освещало лунным светом из окна.

Свернутым комочком лежала в объятиях Матвея, который обнимал меня со спины. Нежно поглаживал и тихо, касаясь губами кожи плеча, шептал:

— Я с тобой, Плюша. Проснись, маленькая. Это просто сон.

Я облегченно выдохнула. Коснулась мокрых от слёз щек ладонями и стерла влагу.

— Я проснулась, — произнесла тихо.

— Умница, — Матвей тоже облегченно выдохнул и уткнулся носом мне в плечо, кажется, засыпая. Он всё ещё обнимал меня и, похоже, не собирался отпускать. — Кстати, ты стонала во сне. Громко, — сказал он вдруг.

— Капец, — обронила я, понимая, как все эти стоны интерпретирует его мама.

С секунду подумав, ткнула локтем под ребра всё ещё обнимающего меня Матвея.

— За что? — простонал он сдавленно и убрал руки.

— Чтобы твоя мама не думала, что я ещё и в постели бревно. Тоже стони… стонай… стонствуй.

Обычно я просыпался либо от звука будильника, либо от звонка со службы, либо от того, что Алина домогается моего члена, пока я сплю.

Сейчас я проснулся от звуков бабской ругани.

Может, показалось? Или мама врубила какой-нибудь свой сопливый сериал на дохуярд серий?

Не открывая глаз, рукой провёл по постели рядом с собой.

Пусто.

— Мля, — выдохнул устало.

Пазл сложился слишком быстро.

Нащупал на полу у дивана телефон, который оставил ещё вчера вечером. Приоткрыв один глаз, посмотрел на время.

Шесть сорок восемь?!

Они с ночи там срутся, что ли?

Посмотрел в сторону выхода из зала и увидел, свет, исходящий из кухни.

Место поединка локализовано и, хотя бы то, что имеется в поле зрения, находится в целости и сохранности.

Вот только звуки брякающей посуды и шипение двух гадюк не дают расслабиться окончательно.

Вмешиваться не хотелось, а вот спать — очень даже.

Понятно, что нужно сходить на кухню и развести маму с Плюшей по разным углам, но что-то мне подсказывало, что покемон и сама отлично справится, учитывая её языкастость.

Но потом, вспомнив, через что Плюше приходится проходить в её возрасте каждую ночь вновь и вновь при неподготовленной психике, я решил поднять своё тело и дойти до ругающихся девчонок.

Одеждой заморачиваться не стал. Как спал в трусах, так в них и пошёл. На свет.

Остановился на пороге кухни и увидел двух комнатных Терминаторов, стоящих друг перед другом.

— … вот стоял же кофе здесь. Никому не мешал, — возмущалась Плюша, держа в руках вилки и ложки.

— Он задыхался там! — мама держала в руках кастрюлю и сковородку, и настаивала на своей правде.

— Задыхался? Кофе? — Плюшины брови комично взлетели. — Ладно. А с кастрюлями что? У них в том ящике клаустрофобия? А у сковородок в духовке паническая атака? А у ложек с вилками, наверное, вообще оргия?!

— Бардак здесь! Кругом! — мама громко шипела, тряся посудой. — Никакой хозяйки в доме! Алина бы такого не допустила!

— Нет Алины. Не-ту! Зато теперь есть Людмила — любовь всей жизни вашего сына, — я тихо хмыкнул на Плюшин рифмованный выпад и оказался замечен двумя полуросликами, которые тут же вонзили в меня недобрые взгляды.