Онлайн книга «Бывшая кавказца. Верну в свой грешный мир»
|
Я не верила. Моя одержимость им, его одержимость мною, наша дикая страсть делали меня слепой. И я почти год не желала слушать ни маму, ни друзей из выпускного класса школы, которые в унисон твердили мне, что мой парень — простой бандит, который промышляет нечестными делами. Все изменила жуткая сцена, когда я случайно стала свидетелем, как он стрелял в человека… Вот тогда я четко для себя решила, что не смогу с ним… Возненавижу себя… Еще и мама попала в больницу из-за нашей ссоры по его поводу. Он предложение сделал… А она как увидела кольцо… Я выбрала разум… И жизнь… Так тогда думала… Так ему и сказала… Когда сказала, что хочу себе другого будущего, а не роль «подстилки бандюгана»… Что я красивая и смогу встретить более перспективного… Думала, что он не отпустит. Прикопает в лесополосе. Уже было понятно, что от таких, как Юсупов, не уходят. Но он на удивление не стал держать и останавливать… Только одно он бросил. То, что разбило мое сердце… То, что стало моим проклятием… «Ты просто дешевка, Алина… Созданная, чтобы стать вещью. Подарком… Кукла хренова…» Пять лет меня не было в городе. И вот, я опять здесь. Теперь Рустам повелитель всего, что здесь происходит… Именно потому я сразу поняла, что вопрос с подставой моего брата нужно решать через него… Глава 2 Встает сзади. Чувствую его взгляд на своих ягодицах. Он обходит меня по кругу. Потом оказывается спереди. Этот взгляд тактильный. На моих губах, шее груди и… — Что, мужика нет? — усмехается он, когда задерживает глаза на пушке у меня между ног. Я автоматически сжимаюсь, смущаюсь и прикрываюсь руками. — Убери руки, — продолжает рассматривать. Сглатываю и поднимаю на него глаза. Нельзя, нельзя сейчас превращаться в безвольное желе. Какой бы ни была моя ситуация сейчас, это переговоры, торг… И это тело — явно единственное, что может его заинтересовать… Все мои скопленные сбережения Рустама не интересуют. Он явно дал понять… — Думаешь, всем нужны гладкие? — пытаюсь усмехнуться, но не выходит. Слова, как кирпичи… Зато он усмехается. Криво и порочно. Трогает мои волосы на голове, перебирает пряди. — Свои? — спрашивает. У меня всегда были длинные пшеничные волосы. И он обожал их трогать… — Я ничего не делала себе с тех пор, как… Слова снова застряют в горле. С тех пор, как мы расстались. Не могу это произнести. Кажется, что скажу- и слова разлетятся бомбой. Все уничтожат… Меня уничтожат… У меня белоснежная копна волос до пояса. Густые, красивые, и очень здоровые. Потому что в обычной жизни я их никогда не распускаю. Рустам продолжает их перебирать. А потом проводит чуть ощутимо по шее и наклоняется к моему уху, заправляя прядь. — У тебя слишком красивая киска, чтобы ее прятать… Всегда тебе это говорил, Алина… Густой порок его голоса заставляет меня покачнуться и потерять равновесие. И если бы не его цепкие пальцы на моем запястье, я бы сейчас упала. — Рустам… — голос подавленный, слабый, даже ничтожный… — мне нужна твоя помощь и… мне больше нечего тебе предложить… Он снова усмехается. Опускает глаза на грудь. Резко тем самым поднимает в голове острые воспоминания… Он был одержим моей грудью. Мог часами ласкать мои соски. Пожирать, иметь, присваивать… Рустам никогда не был хорошим мальчиком. Грех был прописан на его судьбе. |