Книга После развода с предателем, страница 33 – Адалин Черно

Когда он возвращается за последней коробкой, задерживается рядом.

— Хочешь прогуляться? — спрашивает.

— Сейчас? — зачем-то задаю совершенно глупый вопрос.

— Сейчас, Оль.

— А… Юля где?

— Юля с няней. Я сказал, что тебе нужно некоторое время, чтобы прийти в себя и затем ты к ней придешь. Я ведь прав?

Я молча киваю и иду за ним. Тимур ведет меня по длинной дорожке, ведущей вдоль дома, выходящей к небольшому саду. Сад ухоженный, аккуратный, с ровными клумбами и невысокими деревьями. Пахнет землей, зеленью и цветами, которых здесь очень много.

— То, что ты чувствуешь сейчас пройдет, — неожиданно говорит он, словно и правда знает, что именно я чувствую.

— Думаешь?

— Уверен. Так было с моей бывшей женой.

Хочу поспорить, что у них была другая ситуация, но замолкаю. Что я, в конце концов, знаю? Только то, что она не хотела ребенка.

— Я думала, что все будет иначе, — тихо говорю. — Что мы просто спокойно разведемся, как взрослые люди. Поделим то, что делить надо, и все. А получилось… грязно.

Тимур не перебивает. И это дает мне возможность говорить дальше:

— Я не знала, что он приведет ее домой. Так быстро.

— Такие вещи никогда не случаются внезапно, — тихо отвечает он. — Он привел ее, потому что знал, что ты не сделаешь ничего в ответ.

Я слабо улыбаюсь. Есть в его словах горькая правда.

— Я ведь и правда… ничего не сделала. Забрала вещи и ушла.

— Оля, — Тимур останавливается и разворачивает меня к себе. Его взгляд пронзает до костей. — Это и есть сила. Ты могла устроить сцену. Могла разнести там все к чертям. А ты просто забрала свое и ушла. С достоинством.

Я тяжело вздыхаю. Не хочу об этом разговаривать. И возвращаться тоже не хочу.

— Оля… — он наклоняется ближе. — У тебя еще есть впереди целая жизнь.

— Ты говоришь так, будто я уже все потеряла.

— А разве не так? — поддевает. — Потеряла предательство, ложь, недостойного мужчину.

Я смеюсь сквозь слезы, но несмотря на это получается очень легко, а главное, искренне.

— Дальше новая жизнь. Я постараюсь помочь. С адвокатом и вообще.

— Я… не знаю, как благодарить. Ты столько для меня сделал.

Он ничего не отвечает, и я резко вскидываю голову, чтобы столкнуться с его взглядом. Совершенно мне в этот момент непонятным и неопределенным. Что там? Заинтересованность или сожаление?

Мы молча возвращаемся в дом. Где-то внутри слышится детский смех. Это Юля веселится. Она возится в гостиной с игрушками и, завидев нас, сразу вскакивает:

— Оля! Ты вернулась!

Я улыбаюсь, стараясь не показывать усталость, которую испытала за весь сегодняшний день.

— Вернулась, — киваю. — А ты чем занималась?

— Рисовала! Хочешь посмотреть?

Юля тащит меня за руку, и я иду за ней. Тимур в это время остается стоять в холле, наблюдая за нами. Но вместо привычной легкости я ощущаю его напряжение — он молчит, но смотрит при этом слишком пристально.

Рисунки Юли — это целая история. Огромные цветные пятна, кое-где понятные даже взрослому человеку. Дом, дерево, собака. Человек в короне. Это Тимур? Почему-то это изображение вызывает во мне улыбку.

— Очень красиво, — хвалю я.

Юля улыбается так, что я чувствую, как ком в горле подкатывает. Вот бы мои дети были такими… Но я гоню мысли прочь. Сейчас не время думать об этом. У меня впереди сложный развод и вообще непонятно, будет ли шанс завести ребенка.