Книга После развода с предателем, страница 51 – Адалин Черно

— Какое мне до этого дело? — сухо уточняю. — Мы разводимся. Теперь это твоя забота.

— Я понимаю, но… вы ведь лучше его знаете? Вы столько лет прожили вместе, а я… я почти никого не знаю, ни друзей, ни коллег. Он… не знакомил меня ни с кем. Должен был и пропал.

Не удивительно, что не знакомил. Любовниц с друзьями и коллегами не знакомят, их прячут, как позорное клеймо. Удивительно, что эта юная особа этого не понимает.

— Я не знаю, что тебе сказать, — говорю, чувствуя, как в груди нарастает раздражение. — Глеб — взрослый человек. Если он исчез, значит, захотел. Наверное, у него есть причины.

— Вы думаете, он меня бросил? — ее голос становится тише.

— Может, просто нашел кого-то на стороне. Знаешь, таким мужчинам вполне свойственно так поступать. Сменить жену на любовницу не означает, что других любовниц не будет.

— Вы считаете, у него кто-то есть?

— Я вообще ничего не считаю, Даша. Я пытаюсь жить дальше. Без него. И ты бы тоже попробовала, если он так и не объявится. До свидания.

Я сбрасываю звонок и долго стою с телефоном в руке, будто жду, что он зазвонит снова. Но он, к счастью, не звонит, хоть и осадочек остается. Не столько от разговора, сколько от напоминания — я все еще где-то внутри себя держу Глеба. Как осколок. Как занозу под кожей, которую так и не смогла достать.

Он пропал два дня назад, у него выключен телефон. Я прокручиваю эту информацию снова и снова. С одной стороны — какое мне дело. Это совершенно меня не касается. И я убеждаю себя в этом.

В том, что он просто сбежал. От всего. От новой жизни, от беременной любовницы, от себя самого. Это бы многое объяснило. Но часть меня — та, что все еще не до конца омертвела — напрягается. Глеб мог быть кем угодно, но он всегда был предсказуем. Стратег. Просчитывал ходы наперед. Исчезнуть, ничего и никому не сказав — не его стиль.

Я морщусь.

Нет. Не моя забота. Все давно прошло, теперь у него есть Даша. Вот пусть и друзей ищет, и коллег.

В такси по пути к репетитору я все еще мысленно прокручиваю разговор. И все-таки, не сдержавшись, набираю паре друзей Глеба. Каждый из них отвечает разное. Кто-то говорил с ним три дня назад, кто-то ждет ответа в чате уже второй день. А один из самых близких, Сергей, говорит мне, что Глеб занял у него крупную сумму денег несколько месяцев назад и не отвечает.

— У вас какие-то проблемы? — участливо спрашивает Сергей.

Мы довольно часто встречались семьями. Его жену, Алиску, я знаю через мужа. Мы любили разговаривать, пока наши мужья распивали алкоголь. Не могу сказать, что мы близкие подруги, но поговорить нам всегда было о чем.

— Глеб не раз у меня занимал, но всегда отдавал, а в этот раз что-то припозднился. Ты напомни ему, — говорит, пока я не знаю, что сказать.

Часто занимал? Я ничего об этом не знаю. Ни слова. Глеб никогда не говорил, что нам не хватает денег. Впрочем, это не нам не хватало, а, видимо, его новой любовнице. Потому что я никогда ничего сверхъестественного не требовала, а того, что зарабатывал Глеб, было бы вполне предостаточно и еще бы оставалось.

Но он, оказывается, занимал денег у друга.

— Сереж, мы с Глебом не вместе больше, — произношу твердо. — Разводимся. Он пропал с радаров, и я сама не знаю, где он.

В трубке повисает напряженное молчание. Мне кажется, я даже отсюда могу услышать недовольство, которое транслирует Сергей. Оно и понятно. Те деньги, которые занимал Глеб, не маленькие, могут ударить по карману, если возвращены были не вовремя.